лого Штуки-дрюки

Михаил Врубель - биография, информация, личная жизнь

Михаил Александрович Врубель

Возраст: 168 (со дня рождения)

Возраст смерти: 54 года

Михаил Врубель

Михаил Александрович Врубель. Родился 5 (17) марта 1856 года в Омске (Область Сибирских Киргизов) - умер 1 (14) апреля 1910 года в Санкт-Петербурге. Русский живописец, график, скульптор.

Михаил Врубель родился 5 (17 по новому стилю) марта 1856 года в Омске (Область Сибирских Киргизов).

Из российского дворянского рода польского происхождения (фамилия образована от польск. wróbel - воробей).

Прадед - Антон Антонович Врубель, был родом из Белостока и служил в родном городе судьей.

Дед - Михаил Антонович Врубель (1799-1859), был профессиональным военным, генерал-майор в отставке; дважды был женат и имел 3 сыновей и 4 дочерей; последние десять лет своей жизни он служил наказным атаманом Астраханского казачьего войска.

Отец - Александр Михайлович Врубель, окончил кадетский корпус, служил в Тенгинском пехотном полку, участвовал в Кавказской кампании и в Крымской войне.

Мать - Анна Врубель, дочь астраханского губернатора, картографа, адмирала Г.Г. Басаргина.

Всего в семье было четверо детей.

Старшая сестра - Анна Александровна (1855-1928).

Младшие брат и сестра - Екатерина и Александр, рано умерли.

В Омске его отец занимал должность старшего штабного адъютанта Отдельного Сибирского корпуса.

Частые роды и климат Омска привели к преждевременной смерти матери от чахотки в 1859 году, когда Михаилу было три года. Судя по позднейшим свидетельствам, он запомнил, как больная мать лежа в постели вырезала детям «человечков, лошадей и различные фантастические фигуры» из бумаги.

Михаил был слабым от рождения ребенком, только в три года он начал ходить.

Детство проходило в переездах по местам служебного назначения отца: в 1859 году вдовца перевели обратно в Астрахань (где ему могли помогать родственники), в 1860 году назначили в Харьков. Там он научился читать и увлекался книжными иллюстрациями, особенно в журнале «Живописное обозрение».

В 1863 году отец женился во второй раз на петербурженке Е. Х. Вессель, которая полностью посвятила себя детям своего мужа (первый собственный ребенок родился у нее в 1867 году).

В 1865 году семья переехала в Саратов, где подполковник Врубель принял командование губернским гарнизоном. Семья жила в казармах губернского батальона по адресу: ул. Университетская 59, Саратов. Вессели принадлежали к интеллигенции, сестра Елизаветы Христиановны - Александра - окончила Петербургскую консерваторию и очень много сделала для приобщения племянника к миру музыки. Елизавета Христиановна всерьез занялась здоровьем Михаила, и хотя он впоследствии с иронией вспоминал «диеты сырого мяса и рыбьих жиров», нет сомнения, что будущей своей физической силой он обязан режиму, установленному мачехой.

Воспитанием детей занимался также дядя - профессиональный педагог Николай Христианович Вессель, увлеченный внедрением развивающих игр, домашних представлений. Несмотря на прекрасные отношения между всеми родственниками, Анна и Михаил держались несколько особняком, подчас сквозил и холодок в отношении к мачехе, которой они дали ироническое прозвище «Мадринька - перл матерей», и явно выражали желание начать самостоятельную жизнь вне дома, что огорчало отца.

К десятилетнему возрасту у Михаила проявлялись артистические способности, в том числе к рисованию, но театр и музыка занимали в его жизни не меньше места.

Для углубленных занятий живописью отец пригласил Михаилу учителя Саратовской гимназии - А. С. Година. Тогда же в Саратов привезли копию фрески Микеланджело «Страшный суд», которая произвела на Михаила такое впечатление, что, по воспоминаниям сестры, он воспроизвел ее по памяти во всех характерных подробностях.

В гимназию Михаил Врубель поступил в Петербурге (отец тогда стал слушателем Военно-юридической академии) - это была Пятая городская гимназия, в которой постоянно модернизировали методики преподавания, особое внимание уделяли древним языкам, литературному развитию старшеклассников, были введены уроки танцев и гимнастики. Рисованием он занимался в школе при Обществе поощрения художников. При этом больше всего его занимало естествознание, которым его увлек в Саратове учитель Н. А. Песков - политический ссыльный.

Проведя три года в столице, в 1870 году семья отправилась в Одессу, куда отец Врубеля был назначен на должность гарнизонного судьи.

В Одессе Михаил учился в Ришельевской гимназии.

После окончания гимназии с золотой медалью ни сам Врубель, ни его родители не помышляли о карьере художника. Было решено отправить его в Петербургский университет, расходы на проживание и пропитание брал на себя Н. Х. Вессель, на квартире которого Михаилу предстояло жить. В 1876 году Врубель остался на втором курсе еще на один год, аргументируя это в письме отцу необходимостью упрочить познания и повысить оценки. В результате, проучившись на год больше положенного срока, Врубель не защитил заключительную конкурсную работу и окончил университет в звании действительного студента. Отчасти сказывался и богемный образ жизни, который он вел с попустительства дяди. Однако в студенческие годы Врубель систематически и глубоко занимался философией и увлекся теорией эстетики Канта, хотя собственно художественным творчеством занимался мало. В университетские годы он делал иллюстрации к литературным произведениям - классическим и современным.

Активное участие в театральной жизни (Врубель был знаком с М. Мусоргским, бывавшим в доме Весселя) требовало немалых расходов, поэтому Врубель регулярно зарабатывал репетиторством и гувернерством. Благодаря этой работе в середине 1875 года он смог впервые посетить Европу, побывав вместе со своим воспитанником во Франции, Швейцарии и Германии. Лето 1875 года он провел в имении Починок Смоленской губернии в семействе сенатора Бера (Юлия Михайловна Бер была племянницей М. И. Глинки). Далее, благодаря превосходному знанию латыни, Врубель почти на половину десятилетия обосновался в семействе сахарозаводчиков Папмелей, став репетитором собственного сокурсника по университету.

Именно семья Папмелей, склонная к эстетству и богемной жизни, стала поощрять художественные занятия Врубеля и его дендизм. В одном из писем 1879 года он сообщал, что возобновил знакомство с Эмилием Вилье, который еще в Одессе всячески покровительствовал его изобразительным опытам, а потом сблизился со студентами Академии художеств - учениками П. П. Чистякова. Он вновь стал посещать академические вечерние классы, куда свободно допускались любители, и оттачивать пластические навыки. Результатом стал коренной жизненный перелом, совершенный в 24-летнем возрасте: окончив университет и отбыв краткую воинскую повинность, Врубель поступил в Академию художеств.

С осени 1880 года Врубель стал вольнослушателем Академии.

Важным для Врубеля в Академии оказалось знакомство с Валентином Серовым. Невзирая на десятилетнюю разницу в возрасте, их связывало многое, в том числе на самом глубинном уровне.

С 1882 года, перейдя в натурный класс, Михаил Александрович совмещал занятия у П. Чистякова с утренними акварельными штудиями в мастерской Ильи Репина, с которым они довольно быстро вступили в конфликт из-за впечатлений от полотна «Крестный ход в Курской губернии».

Один из ярких примеров академической работы Врубеля - набросок «Пирующие римляне». Эта работа резко контрастирует с канонами академизма, несмотря на соблюдение всех формальных признаков, включая античную тему. Однако у композиции отсутствует единый центр, ракурсы причудливы, совершенно неясен сюжет. «Пирующие римляне» были итогом почти двухлетней мучительной работы над сюжетом и формой конкурсной картины.

Михаилу Врубелю так и не удалось официально окончить Академии, несмотря на сопутствовавший ему формальный успех: композиция «Обручение Марии с Иосифом» удостоилась весной 1883 года второй серебряной медали Академии.

Осенью 1883 года профессор А. В. Прахов по рекомендации П. П. Чистякова пригласил Врубеля в Киев для работы над реставрацией Кирилловской церкви XII века. Предложение было лестным и сулило хороший заработок.

Киевские работы Врубеля оказались важным этапом в его художественной биографии: он впервые смог завершить весьма монументальный замысел и при этом обратиться к первоосновам русского искусства. Общий объем работ, выполненных им за пять лет, грандиозен: самостоятельная роспись в Кирилловской церкви и иконы для нее, прорисовка там же ста пятидесяти фигур для реставрационных подмалевков и реставрация фигуры ангела в куполе Софийского собора. Одной из самых характерных композиций Врубеля для Кирилловской церкви стала фреска на хорах «Сошествие Святого Духа на апостолов», которая сочетает в себе точно уловленные черты византийского искусства и портретные искания молодого Врубеля.

В письмах отцу и сестре Анне Врубель сообщал, что заработал за лето (в том числе в Софийском соборе, где написал трех ангелов в барабане купола) 650 рублей, в то время как Прахов увеличил гонорар за четыре иконы до 1200 рублей. Художник совершенно оставил идею доучиться в Академии художеств и получить официальное удостоверение своей профессии.

Далее осуществил первое путешествие в Италию. В Венецию Врубеля командировали в обществе Самуила Гайдука - молодого украинского художника. Главным объектом их интереса были церкви заброшенного острова Торчелло. В Венеции состоялось случайное знакомством с Д. И. Менделеевым, женатым на одной из учениц Чистякова.

художник Михаил Врубель

Вернувшись из Венеции, весь май и большую часть июня 1885 года Врубель провел в Киеве. В конце июня 1885 года Врубель уехал в Одессу. Летом в Одессу прибыл В. Серов, которому Врубель впервые заявил о замысле «Демона». В письмах родным речь шла уже о тетралогии.

В 1889 году отца Врубеля из Харькова перевели в Казань, где он тяжело заболел. Михаил вынужден был срочно приехать в Казань. Отец оправился, но принял решение выйти в отставку и поселиться в Киеве. В сентябре Михаил Врубель поехал в Москву - повидать знакомых - и в результате остался в этом городе на полтора десятка лет.

Переезд Врубеля в Москву произошел из-за увлечения цирковой наездницей. Врубель поселился в мастерской Константина Коровина на Долгоруковской улице. Коровин познакомил его с предпринимателем и известным меценатом Саввой Мамонтовым. В декабре художник переехал в его дом на Садовой-Спасской улице (ныне дом № 6, строение 2). Но супруга Мамонтова совершенно не переносила Врубеля и открыто называла его «богохульником и пьяницей». Вскоре художник переехал на съемную квартиру.

Возвращение к теме Демона у Врубеля совпало с проектом, предпринятым братьями Кушнеревыми и издателем Петром Кончаловским (отцом П. П. Кончаловского), издать юбилейный двухтомник сочинений М. Ю. Лермонтова с иллюстрациями «лучших наших художественных сил». Всего было отобрано 18 художников, включая Репина, Шишкина, Айвазовского, Леонида Пастернака, Аполлинария Васнецова. Врубель в этой когорте был единственным, кто был совершенно неизвестен публике. Все иллюстрации к поэме были выполнены Врубелем черной акварелью. Монохромность позволяла подчеркнуть драматичность сюжета и одновременно позволяла показать диапазон фактурных изысканий художника. Демон становился архетипическим «падшим ангелом», который одновременно соединял мужской и женский облик, в то время как Тамара на разных иллюстрациях изображалась по-разному, что подчеркивало необходимость ее выбора между земным и небесным.

Одновременно с иллюстрациями Врубель написал первое свое большое полотно на ту же тему - «Демон сидящий»: полуобнаженная, крылатая, молодая уныло-задумчивая фигура сидит, обняв колена, на фоне заката и смотрит на цветущую поляну, с которой ей протягиваются ветви, гнущиеся под цветами.

Михаил Врубель - Демон сидящий

Михаил Врубель Демон сидящий

К образу Демона художник вновь обратился спустя восемь лет.

Работал в мастерских Мамонтова в Абрамцеве. Абрамцевская гончарня сыграла существенную роль в возрождении в России искусства майолики, которая привлекала художника простотой, спонтанностью обобщения формы при грубой фактуре и прихотливости изливов глазури. Керамика позволяла Врубелю свободно экспериментировать с пластическими и живописными возможностями материала, а отсутствие ремесленной выучки с ее шаблонами позволяло свободно реализовать фантазии. В Абрамцеве замыслы Врубеля были поддержаны и использованы известным керамистом Петром Ваулиным.

В 1891 году семейство Мамонтовых отправилось в Италию, причем маршруты строились с учетом специальных интересов абрамцевской гончарной мастерской. Врубель сопровождал главу семейства в качестве консультанта, в результате возник острый конфликт с супругой, Елизаветой Григорьевной, и Мамонтов с художником отбыли в Милан, где тогда училась вокалу младшая сводная сестра Елизавета (Лиля) Врубель.

С работавшими в Риме русскими художниками Врубель так и не сошелся, постоянно задирал их своими рассуждениями о неумении рисовать, подражательстве и т.п.

Мамонтов в конце концов договорился устроить Врубеля в мастерской Александра Антоновича Риццони - наполовину итальянца, выпускника Академии художеств. Михаил Александрович весьма уважал живописца, охотно работал под его началом - Риццони считал себя не вправе вмешиваться в личные стилевые изыскания, но был придирчив к прилежанию. Врубель впоследствии писал, что «мало от кого я услышал столько справедливой, столько благожелательной оценки».

Самой значительной скульптурной работой Врубеля признается «готическая» композиция «Роберт и монахини», декорирующая лестничный фонарь особняка Морозова. В архитектурной литературе подчеркивается исключительная роль Врубеля в формировании художественного облика произведений московского модерна. Он является автором ряда произведений архитектурной керамики (мелкой скульптурной пластики из майолики и изразцов), которыми украшены важные произведения модерна и неорусского стиля (Ярославский вокзал, дом Сокол, особняк Якунчиковой, дом Васнецова и другие). Особняк Мамонтова на Садовой-Спасской был построен именно по архитектурному замыслу Врубеля, он является автором и ряда других архитектурных проектов (церковь в Талашкине, выставочный павильон на Всемирной выставке в Париже и прочих).

Для особняка Дункеров Врубель выбрал тему «Суд Париса», работа над которым шла до ноября 1893 года.

В 1894 году Врубель погрузился в тяжелую депрессию, и Мамонтов отправил его в Италию приглядывать за сыном Сергеем - отставным гусарским офицером, который должен был провести в Европе курс лечения (он страдал наследственным заболеванием почек и перенес операцию). В этом плане кандидатура Врубеля была весьма подходящей: Михаил Александрович не переносил азартных игр и даже ушел из казино в Монте-Карло, бросив: «Какая скука!». Вернувшись в апреле в Одессу, художник вновь оказался в ситуации хронического безденежья и семейных размолвок. Тогда он в очередной раз взялся за майолику, создав голову Демона. Эта работа была куплена Арцыбушевым, что дало возможность Врубелю уехать в Москву.

К этому времени относится полотно «Гадалка», созданное буквально за один день под влиянием мощного личностного импульса. Черноволосая женщина восточного типа не смотрит на карты, ее лицо непроницаемо. Определяющим цветовым фокусом картины является розовый шарф на плечах гадалки.

В 1895 году Врубель попытался обозначить свое присутствие в общей художественной жизни России. В феврале он отправил на 23-ю выставку передвижников «Портрет Н. А. Казакова» (ныне известный только по единичным упоминаниям), который даже не был допущен к экспозиции. В том же сезоне он участвовал в третьей выставке Московского товарищества художников со скульптурой «Голова великана» на тему пушкинской поэмы «Руслан и Людмила».

Во время летнего пребывания на Украине в 1898 году проявились первые симптомы будущего недуга - мигрени усиливались до такой степени, что Михаил Александрович стал принимать в огромных количествах фенацетин (по воспоминаниям свояченицы - до 25 гран и более). Проявилась и отсутствовавшая ранее раздражительность, особенно если кто-то не соглашался с его мнением о каком-либо художественном произведении.

Последние годы XIX века ознаменовались для Врубеля обращением к сказочно-мифологическим сюжетам, среди которых выделялись «Богатырь», «Пан» и «Царевна-Лебедь». Картину «Царевна-Лебедь» часто описывают как созданную по следам оперной постановки, хотя холст был закончен весной, а репетиции оперы «Сказка о царе Салтане» проходили осенью, премьера последовала 21 декабря 1900 года.

В середине лета 1900 года Врубелю присудили золотую медаль за камин «Вольга Святославич и Микула Селянинович» на Всемирной выставке в Париже. Позже художник еще четыре раза повторял камин «Вольга Святославич и Микула Селянинович» (только один из них, находившийся в Доме Бажанова, использовался по своему функциональному предназначению).

В те же годы Врубель был приглашен художником на Дулевский фарфоровый завод. Самая известная его работа по росписи фарфора - блюдо «Садко».

Тема Демона после почти десятилетнего перерыва вновь появилась в переписке Врубеля с Римским-Корсаковым в самом конце 1898 года. С 1899 года художник колебался между сюжетами «Демон летящий» и «Демон поверженный» и на первых порах выбрал первый, но картина так и осталась недописанной. Тема лермонтовского Демона переплеталась с темой пушкинского «Пророка», по мотивам которого Врубель написал картину и сделал несколько иллюстраций.

Психическое заболевание Михаила Врубеля

Неудачная экспозиция «Демона поверженного» в Москве 2 февраля 1902 года за день до закрытия выставки «Группы 36-ти» (художник рассчитывал, что картину купят для Третьяковской галереи), совпала с известиями о самоубийстве А. Риццони в результате некорректной критики на страницах журнала «Мир искусства».

Далее картину перевезли в Петербург, где Врубель продолжал непрерывно переписывать ее, портя, по мнению друзей. Возбужденное состояние художника заставило близких отвести его к знаменитому психиатру В. М. Бехтереву, который поставил диагноз «неизлечимый прогрессивный паралич» (в современной терминологии - третичный сифилис). Самому Михаилу Александровичу ничего не сказали, и он отправился в Москву. В старой столице ему стало еще хуже, несмотря на то, что картину купил за 3000 рублей известный коллекционер Владимир фон Мекк. Врубель ударился в загул, пьянствовал, транжирил деньги и легко срывался по любому поводу. В начале апреля с симптомами острого психического расстройства Михаил Александрович Врубель был госпитализирован в частную клинику Ф. А. Савей-Могилевича.

Сумасшествие художника привлекло к нему внимание прессы. Традиционно отзывы были недоброжелательными, например, в газете «Русский листок» в июне вышла статья «Душевнобольные декаденты», вызвавшая официальные опровержения. Вскоре появились статьи, в которых профессиональные художники писали, что «Демон поверженный» «содержит то, что должно быть во всяком произведении истинного искусства».

Бенуа и Дягилев приняли решение доказать публике вменяемость художника и организовали в ноябре 1902 года выставку тридцати шести его работ, в том числе всех трех живописных «Демонов». Эта выставка стала переломной в отношении критиков и публики к наследию художника, однако мало кто верил, что Врубель выздоровеет и вернется к искусству. Авторы статей в «Мире искусства» писали о нем в тоне подведения итогов, употребляя прошедшее время: «он был».

Состояние Врубеля с апреля по август 1902 года было настолько тяжелым, что к нему не пускали даже жену и сестру. Он был буен, нуждался в постоянном присмотре. В минуты просветлений он мог связно говорить и даже пытался рисовать, но десятки его больничных рисунков - это «примитивная порнография»; не уменьшалась и мания величия. Один из симптомов заболевания - Врубель раздирал до нитки одежду и нижнее белье. Состояние его несколько улучшилось к сентябрю - он перестал буянить и рисовать, стал вежлив - и было решено перевести его в клинику В. П. Сербского при Московском университете.

В клинике Сербского наметилось улучшение, хотя свидания с ним были запрещены, но он начал писать жене, в основном, в самоуничижительном тоне. Сербский подтвердил диагноз Бехтерева - «прогрессивный паралич вследствие сифилитической инфекции», заражение произошло еще в 1892 году. После назначения препаратов ртути и успокоительных поведение его стало предсказуемым, к Михаилу Александровичу стали допускать посетителей.

В феврале 1903 года Врубеля выписали из клиники. Он был вял и рассеян, попытки заняться живописью ни к чему не приводили. Врачи советовали отправить его в Крым, однако апатия превратилась к апрелю в тяжелую депрессию, и художник вернулся в Москву. Фон Мекк предложил Врубелям провести лето в его имении в Киевской губернии.

После ранней смерти единственного сына было решено отвезти художника в Ригу, где его сначала определили в больницу «Ротенберг» к доктору Теодору Тилингу, а затем, по рекомендации Тилинга, в загородную лечебницу для душевнобольных «Атгазен» к Максу Шенфельдту. Врубель пребывал в тяжелейшей депрессии и хотел свести счеты с жизнью, для чего морил себя голодом. Симптоматика была прямо противоположной, чем в прошлый раз: вместо мании величия - бред самоуничижения и галлюцинации. Однако лечащий врач не соглашался с диагнозом Бехтерева и Сербского, считал, что Врубель как творческая натура оказался в «меланхолии» и настаивал, что художник должен работать. Он вернулся к своей давней работе «Пасхальный звон», который превратился в «Азраила». По совету Сербского 9 июля 1904 года Врубеля доставили в санаторную клинику Ф. А. Усольцева в Петровском парке.

Михаил Врубель - Шестикрылый Серафим

Михаил Врубель Шестикрылый Серафим

Доктор Усольцев поставил Врубелю диагноз «спинная сухотка» (то есть, согласно его мнению, бледной спирохетой был поражен спинной, а не головной мозг), остальное - галлюцинации-«голоса» - он списывал на маниакально-депрессивный психоз, характерный для артистических натур. В клинике произошло чудо: Врубель демонстрировал почти полную реабилитацию. Главную роль здесь сыграли методы Усольцева, а также близость жены и сестры. Усольцев ценил искусство Врубеля и всячески поощрял его творческую активность.

Летом 1904 года перебрался в Петербург. К этому периоду относится огромное число холстов Врубеля, изображавших жену в разных сценах. Среди них выделяется двухметровое полотно «После концерта», запечатлевшее Забелу в платье, сшитом по эскизам Врубеля.

На выставке Союза русских художников 1905 года была показана очередная работа Врубеля - «Жемчужная раковина». Врубель сделал массу графических эскизов, вновь, как и в лермонтовских иллюстрациях, пытаясь решить задачу «черно-белой красочности».

В феврале 1905 года симптомы психоза вернулись к Врубелю. Из Москвы вызвали Усольцева. Только через полгода Врубель смог более или менее адекватно реагировать на окружающих.

28 ноября 1905 года Михаила Александровича избрали академиком живописи «за известность на художественном поприще». Тогда же в клинику прибыл Николай Рябушинский - издатель журнала «Золотое руно». Планы редакции включали тогда создание портретной галереи выдающихся современных писателей, которых должны были писать ведущие современные мастера. Рябушинский купил автопортретный рисунок «Голова пророка». Тогда же Рябушинский заказал Серову портрет самого Врубеля.

12 февраля 1905 года Врубель в собственноручном письме к жене жаловался, что не может ни читать, ни рисовать. Через несколько дней он полностью ослеп.

В начале февраля 1906 года к Врубелю приехала сестра Анна. Ей было суждено стать его главной сиделкой и поводырем. После совещания с Усольцевым было решено перевезти художника в Петербург: лечения не требовалось, ему был нужен уход и общество близких. Сестра и жена художника поселились в одной квартире, а Михаила Александровича поместили в хорошую клинику А. Г. Конасевича, в которой он встретил свое 50-летие. Однако клиника была далеко от дома (Песочная улица, дом № 9), в ней были строгие порядки, и в конце концов Врубеля переселили в больницу А. Э. Бари на 5-й линии Васильевского острова близ Академии художеств, где был совершенно свободный режим. Серов обратился к Совету Академии о выплате Врубелю пособия, которое бы позволяло покрывать больничные расходы, составлявшие 75 рублей зимой и 100 рублей летом. Прошение было удовлетворено.

В последние годы жизни Врубель практически постоянно был погружен в мир своих галлюцинаций, о которых весьма образно рассказывал окружающим. Иногда наступали просветления, и тогда он жаловался на постигшее его несчастье и изобретал аскетические практики, которые должны были вернуть ему зрение: отказывался от пищи, целыми ночами простаивал перед кроватью. Михаил Александрович мог не узнавать старых друзей, навещавших его.

В феврале 1910 года он намеренно простаивал под открытой форточкой и спровоцировал у себя воспаление легких, перешедшее в скоротечную чахотку.

Накануне смерти 1 (14 по новому стилю) апреля 1910 года Врубель привел себя в порядок, вымылся с одеколоном и ночью сказал ухаживавшему за ним санитару: «Николай, довольно уже мне лежать здесь - поедем в Академию». На следующий день гроб был установлен в Академии художеств. В алфавите погребенных записали: «Скончался от прогрессивного паралича».

3 апреля состоялись похороны на кладбище Воскресенского Новодевичьего монастыря в Санкт-Петербурге. Единственную речь произнес Александр Блок, назвав художника «вестником иных миров». Блок над могилой Врубеля сказал: «Он оставил нам своих Демонов, как заклинателей против лилового зла, против ночи. Перед тем, что Врубель и ему подобные приоткрывают человечеству раз в столетие, я умею лишь трепетать. Тех миров, которые видели они, мы не видим».

Работы Врубеля находятся в собраниях Государственной Третьяковской галереи в Москве, Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге, Музее изобразительных искусств имени М. А. Врубеля в Омске, а также в Национальном музее «Киевская картинная галерея» (бывш. Киевском музее русского искусства) и Одесском художественном музее, в Национальном художественном музее Республики Беларусь в Минске.

Его именем названы некоторые объекты и посвящены памятные знаки в Омске, Киеве, Воронеже, Москве, Саратове, Одессе.

С 3 ноября 2021 по 8 марта 2022 года в Государственной Третьяковской галерее прошла выставка Михаила Врубеля. Было представлено более 300 произведений из 14 российских и зарубежных музеев. К выставке подготовлен специальный выпуск журнала «Третьяковская галерея», посвященный Врубелю.



Личная жизнь Михаила Врубеля:

Киевской весной 1884 года Врубель переживал бурную влюбленность в жену покровителя - Э. Л. Прахову. Ее лицо изображено на иконе «Богоматерь с младенцем», сохранились и многочисленные наброски. Романа возникнуть не могло, но 27-летний художник сделал Эмилию Львовну объектом некоего романтического культа, который поначалу забавлял А. В. Прахова. После переезда Врубеля на дачу Праховых, однако, его привязанность стала раздражать обоих. Выходом стала командировка художника в Италию - в Равенну и Венецию, для изучения сохранившихся там памятников позднеримского и византийского искусства.

Жена - Надежда Ивановна Забела-Врубель (урожденная Забела; 20 марта (1 апреля) 1868, Ковно - 21 июня (4 июля) 1913, Санкт-Петербург) - русская певица (сопрано).

Надежда Забела-Врубель

Надежда Ивановна Забела-Врубель

В самом начале 1896 года Врубель из Москвы приехал к С. Мамонтову в Петербург, где должна была состояться русская премьера оперы-сказки Э. Гумпердинка «Гензель и Гретель». Савва Иванович очень увлекся этой постановкой, лично перевел либретто и финансировал антрепризу Панаевского театра, должна была выступать и прима - Татьяна Любатович. Декорации и костюмы были заказаны К. Коровину, но он заболел, и его заказ переходил Врубелю. Так на репетиции Михаил Александрович впервые услышал, а потом и увидел Надежду Ивановну Забелу, исполнявшую роль сестрички Гретель.

Сохранились воспоминания Надежды Забелы об их первой встрече с Врубелем: «Я во время перерыва (помню, стояла за кулисой) была поражена и даже несколько шокирована тем, что какой-то господин подбежал ко мне и, целуя мою руку, воскликнул: «Прелестный голос!» Стоявшая здесь T. С. Любатович поспешила мне представить: «Наш художник Михаил Александрович Врубель», и в сторону мне сказала: «Человек очень экспансивный, но вполне порядочный».

Поженились в том же 1896 году. Ее портреты он неоднократно писал.

Михаил Врубель и Надежда Забела

Михаил Врубель и Надежда Забела

Забела вспоминала, что оперу «Садко», в которой она пела партию царевны Волховы, Врубель слушал не менее 90 раз. Когда она спрашивала, не надоело ли ему, он отвечал: «Я могу без конца слушать оркестр, в особенности море. Я каждый раз нахожу в нем новую прелесть, вижу какие-то фантастические тона».

1 сентября 1901 года у них родился сын, названный Саввой, он был с характерным дефектом - «заячьей губой». Двухлетний сын умер 3 мая 1903 года.

Михаил Врубель - портрет Надежды Забелы

Михаил Врубель портрет Надежды Забелы

Надежда Ивановна Забела-Врубель скончалась 20 июня 1913 года после концерта, ей было 45 лет. Похоронили ее рядом с Михаилом Александровичем. За надгробный памятник взялся скульптор Леонид Шервуд, но к 1913 году удалось лишь установить постамент из темного гранита. Кладбище Новодевичьего монастыря после революции очень сильно пострадало, было разрушено множество могил.

В 1930-х годах в Александро-Невской лавре был организован музей-некрополь, и тогда же с Новодевичьего в Александро-Невскую лавру начали переносить могилы известных людей, но этот процесс так и не завершился. Не состоялся и предполагавшийся перенос праха Михаила Александровича Врубеля. В 2015 году общественностью было инициировано изготовление нового памятника, однако власти Санкт-Петербурга отказали в разрешении на установку.

Образ Михаила Врубеля в кино:

1953 - Римский-Корсаков - в роли Врубеля актер Сергей Курилов;

Сергей Курилов в роли Михаила Врубеля

Сергей Курилов в роли Михаила Врубеля

1989 - Этюды о Врубеле - в роли Врубеля актер Эдишер Гиоргобиани;

Эдишер Гиоргобиани в роли Михаила Врубеля

Эдишер Гиоргобиани в роли Михаила Врубеля

2023 - Шаляпин - в роли Врубеля актер Александр Яцко.

последнее обновление информации: 25.03.2023

© Сбор информации, авторская обработка, систематизация, структурирование, обновление: администрация сайта stuki-druki.com.





Главная Политика конфиденциальности 2014-2024 © Штуки-Дрюки Все права защищены. При цитировании и использовании материалов ссылка на Штуки-Дрюки (stuki-druki.com) обязательна. При цитировании и использовании в интернете гиперссылка (hyperlink) на Штуки-Дрюки или stuki-druki.com обязательна.