История любви О. Дж. Симпсона и Николь Браун: от страсти до трагедии

Их отношения начались как голливудская сказка: он - известный спортсмен и телеведущий, она - юная, ослепительно красивая официантка, покорившая сердце знаменитости с первого взгляда. Но то, что начиналось как страсть, со временем стало кошмаром. Любовь и драма О. Дж. Симпсона и Николь Браун - это рассказ о чувствах, которые вышли из-под контроля, о борьбе за свободу и о трагедии, навсегда вошедшей в американскую историю.

Знакомство и начало романа

О. Дж. Симпсон и Николь Браун познакомились в 1977 году. Он был женат, она - восемнадцатилетняя официантка в элитном клубе «The Daisy» в Беверли-Хиллз. Несмотря на семейные обязательства, Симпсон сразу же увлекся молодой Николь. Они начали встречаться тайно, и их отношения быстро набрали обороты. В Николь он нашёл лёгкость, красоту и преданность. Она была очарована его харизмой, славой и уверенностью в себе.

Через несколько лет, в 1979 году, Симпсон развёлся со своей первой женой, Марго, и полностью посвятил себя Николь. Он открыто называл её своей музой, они путешествовали, появлялись на вечеринках, их считали идеальной парой.

Брак и внешняя идиллия

Они поженились в феврале 1985 года. У них родились двое детей - Сидни и Джастин. Внешне их жизнь казалась безупречной: роскошный дом в Брентвуде, дорогие автомобили, обложки журналов. Но за фасадом идеального брака скрывалась тревожная реальность.

С годами отношения начали трещать. Николь не раз жаловалась друзьям на вспышки ярости со стороны мужа, на ревность, на контроль. Полиция выезжала на вызовы, но всякий раз дело заминалось: статус, известность и влияние Симпсона делали своё дело.

«Он хватал меня за волосы, колотил. Потом стоял надо мной на коленях, задыхаясь от злости, и говорил, что может убить меня, если захочет», - рассказывала Николь своей подруге Дениз.

Один из вызовов в полицию в 1989 году закончился арестом Симпсона, когда Николь в слезах заявила офицерам:

«Он ударил меня кулаком, я боюсь его… Это не первый раз. Просто теперь я не могу больше терпеть».

Позднее в своих дневниках она писала:

«Я ненавижу быть рядом с ним, но боюсь уйти. Он делает вид, что любит, и тут же унижает. Я как в ловушке».

Страх и попытка вырваться

Николь всё чаще чувствовала себя заложницей. Она уходила и возвращалась. Её письма, дневники и показания подруг позже расскажут о постоянном напряжении, страхе за себя и детей, отчаянии. Она хотела разорвать этот замкнутый круг, но каждый раз сталкивалась с сопротивлением и давлением.

В одном из писем она призналась:

«Я боюсь тебя, О. Дж. Я знаю, что ты однажды доведёшь меня до смерти. Я боюсь за детей, боюсь, что ты сойдёшь с ума. Я хочу жить спокойно, а не ждать следующей вспышки ярости».

В 1992 году она всё же подала на развод. Это было нелегко. Симпсон не хотел отпускать. После развода они продолжали общаться ради детей, иногда даже пытались начать всё заново, но прежнего уже не было.

«Я больше не могу быть с ним. Он разрушает меня. Он угрожает, он следит, он требует. Я хочу быть свободной», - говорила она своей матери за несколько недель до смерти.

Судебные материалы содержали показания друзей Николь, которые утверждали, что она «жила в постоянном ожидании беды» и даже обращалась в центр помощи жертвам домашнего насилия, но боялась идти до конца. Её страх оказался не безосновательным.

Последние месяцы

Весной 1994 года Николь Браун Симпсон приняла окончательное решение - порвать с О. Дж. Симпсоном навсегда. Она подала на развод ещё в 1992 году, но отношения с бывшим мужем оставались тревожными и нестабильными. Были попытки примирения, редкие ужины «для детей», но каждая попытка заканчивалась тем же - контролем, угрозами, вспышками ревности. В начале 1994 года Николь ясно дала понять: возврата не будет.

Она сняла отдельный дом на Бандерас-драйв в Брентвуде, начала жить спокойнее, больше времени проводила с детьми, занялась фитнесом, общалась с подругами. По словам близких, в ней словно проснулась надежда. Но она всё равно жила в напряжении. В частных разговорах с друзьями и матерью Николь не раз повторяла:

«Он следит за мной. Я его вижу. Иногда просто знаю - он где-то рядом. Он не может простить, что я ушла».

Были и конкретные инциденты. По словам подруги Фэй Ресник, Симпсон однажды стоял у окна дома Николь, заглядывая внутрь, а однажды оставил на авто её нового знакомого записку с угрозой. Николь даже подумывала установить камеры и сигнализацию, но не успела.

В мае 1994 года Николь позвонила в центр помощи жертвам домашнего насилия. Она просила совета: как поступить, если боишься бывшего мужа, который «неугомонен и становится всё агрессивнее». Её дневниковые записи за тот период отражают тревогу и бессонные ночи.

«Я начинаю чувствовать, что это конец. Не знаю, чего именно. Но мне страшно. У него тьма в глазах».

11 июня Николь была на школьном утреннике дочери Сидни. О. Дж. тоже пришёл. Он вел себя сдержанно, но напряжённо. На следующий день Николь поужинала в ресторане «Mezzaluna», где работал её знакомый - Рон Голдман. Она забыла там очки, и вечером Рон решил завезти их к ней домой.

Поздним вечером 12 июня 1994 года тела Николь и Рона были найдены у входа в её дом. Их жестоко убили: Николь перерезали горло, у Рона - множественные колото-резаные раны. Сцена была настолько кровавой, что полицейские говорили: «Это выглядело как бойня».

Практически сразу подозрение пало на О. Дж. Симпсона. Улики складывались в зловещую картину: кровь на машине и одежде, следы обуви, перчатка у дома Николь, попытка бегства от полиции в «Форде Бронко», которая позже превратилась в пресловутое «бронко-преследование» по шоссе и была показана по телевидению в прямом эфире.

Начался самый громкий судебный процесс десятилетия, а может, и века. Прокуроры называли его ревнивым убийцей, защита строила дело на расовом предвзятом преследовании. Миллионы американцев следили за процессом, ставшим больше, чем делом об убийстве - он стал культурным и медийным феноменом.

А Николь, так долго пытавшаяся вырваться из удушающих отношений, осталась символом женщины, которая хотела жить, но не успела.

Эхо любви и драмы

Судебное разбирательство, показания, домыслы, пресса - всё это вновь и вновь вскрывало суть тех отношений. Отношений, где любовь и обожание превратились в одержимость и жестокость. Несмотря на оправдательный приговор, тень вины легла на О. Дж. навсегда. Позже, в гражданском процессе, его признали ответственным за смерть Николь и Рона.

История их любви стала трагическим символом того, как разрушительна может быть любовь, лишённая уважения и свободы. Николь мечтала о простой, тёплой жизни - о доме, детях, защите. Но оказалась втянута в бурю, из которой не смогла выбраться.