лого Штуки-дрюки

Сидор Ковпак - биография, новости, личная жизнь

Сидор Артемьевич Ковпак

Возраст: 137 (со дня рождения)

Возраст смерти: 80 лет

Сидор Ковпак

Сидор (Исидор) Артемьевич Ковпак. Родился 13 (25) мая 1887 года в слободе Котельва Харьковской губернии (ныне Полтавская область Украины) - умер 11 декабря 1967 года в Киеве. Советский военный и государственный деятель. Один из организаторов партизанского движения на Украине в годы Великой Отечественной войны. Генерал-майор (1943). Дважды Герой Советского Союза (1942, 1944).

Сидор Ковпак родился 13 (25 по новому стилю) мая 1887 года в слободе Котельва Котелевской волости Ахтырского уезда Харьковской губернии (ныне поселок в Полтавской области Украины) в крестьянской семье.

По национальности - украинец.

Отец - Артемий Дмитриевич Ковпак.

Мать - Фекла Евфимьевна Ковпак.

Имел пятерых братьев - Ивана, Семена, Федора, Дмитрия, Алексея, а также трех сестер - Марфу, Прасковью и Акулину.

Его семья занималась хлебопашеством, но собственного земельного надела для нужд большой семьи не хватало. Отец вынужден был наниматься сезонным работником в хозяйства зажиточных крестьян и местных помещиков. Сидор с малых лет помогал отцу в поле.

Детство и юность

Семья Ковпаков жила в скромных условиях. Из-за нехватки средств у детей была только одна пара сапог, что заставляло их оставаться дома большую часть зимы. Восьмилетний Сидор пошел учиться в церковно-приходскую школу, где его успехи неоднократно заслуживали похвалы от учителей и отца Мелентия, местного священника. Несмотря на настойчивые рекомендации продолжить образование, семье Ковпаков было не по карману. В одиннадцать лет отец отдал Сидора на службу у местного купца Фесака в обмен на пищу. Фесак, который финансировал местную пожарную команду, взял Сидора под свою опеку, стремясь помочь многодетной семье. Когда дом Ковпаков сгорел в пожаре, Фесак использовал свои собственные средства, чтобы помочь им построить новый дом.

В начале своего пребывания у Фесака, Сидор выполнял различные хозяйственные задания и мелкие поручения. Благодаря своему трудолюбию и надежности он скоро завоевал доверие Фесака. Купец начал вводить его в азы торговли, беря его с собой в лавку. Через год, учитывая стремление Сидора к образованию, Фесак устроил его в министерскую школу на второй год обучения, но Сидор продолжал работать в лавке. К четырнадцати годам он уже самостоятельно обслуживал кассу, а к семнадцати стал приказчиком. Он также стал руководить местной пожарной дружиной.

Сидор был увлечен лошадьми и поэтому каждую субботу, единственный выходной день, отправлялся к друзьям-цыганам, проживающим на окраине Котельвы. Там он освоил кузнечное ремесло и усвоил хитрости цыган по укрощению диковинных животных. В конюшне у Фесака был непокорный конь, который признавал только Сидора. Молодой приказчик использовал его для поездок за товарами, и однажды этот конь спас ему жизнь. Возвращаясь из Ахтырки, Сидор подвергся нападению банды грабителей. Получив удар по голове, благодаря выносливости коня на тяжелой бричке, он сумел оторваться от преследования. Так конь спас своего хозяина, а Сидор спас имущество хозяина.

Этот случай почти сделал Ковпака зятем Фесака. Единственный сын и наследник купца, Михаил, не интересовался бизнесом. После окончания университета он уехал на Кавказ, где занимался лесным хозяйством, и увлекся леворадикальными идеями. Учитывая свой возраст и отсутствие наследника, Фесак задумался о будущем своего бизнеса. Он выбрал Сидора Ковпака и предложил ему жениться на своей старшей дочери. Однако Сидор был влюблен в младшую дочь Анастасию и отложил свое решение. Свадьба так и не состоялась. 1 сентября 1908 года Сидора Ковпака призвали в армию.

Сидор прошел службу в Саратове в 186-м Асландузском резервном батальоне, который позднее был переформирован в 186-й Асландузский пехотный полк. После демобилизации в июне 1912 года он остался в городе и сначала работал в артель портовых грузчиков-крючников. Но из-за конфликта с артельщиками ему пришлось перейти на работу чернорабочим в трамвайные мастерские Бельгийского акционерного общества «Взаимная компания трамваев». Работа была ночной, и он также нашел дневную подработку молотобойцем у одного из местных кузнецов-ремесленников. Однако его планы обустроить свою жизнь в Саратове и создать семью помешала Первая мировая война.

На фронтах Первой мировой войны

28 июля 1914 года Сидор Ковпак был призван в Русскую императорскую армию. Его направили в тот же 186-й Асландузский пехотный полк, в который он был приписан после завершения активной службы. С 10 августа 1914 года он воевал на Юго-Западном фронте и принял участие в битве при Краснике. После трехдневных боев 186-й пехотный полк понес серьезные потери, и, по словам самого Ковпака, в строю осталось всего 120 низших чиновников и несколько офицеров. Аналогичные потери были у всей 47-й дивизии, и ее перевели на переформирование к Ивангородской крепости. Здесь Ковпака временно прикомандировали к полевой связи, учитывая его грамотность, но позже он вернулся на фронт в качестве разведчика.

Ефрейтор Ковпак неоднократно выходил на передний край и за линию фронта, чтобы обнаружить огневые точки, местоположение вражеских частей и получить разведывательную информацию. За мужество и отвагу он был награжден Георгиевским крестом III и IV степеней, а также двумя Георгиевскими медалями. Одну из наград вручил ему сам император Николай II во время своего визита на фронт в апреле 1915 года. К тому времени, как признает сам Ковпак, он служил преданно и был готов пожертвовать своей жизнью за царя и Отечество. В ходе кампаний 1915 и 1916 годов он участвовал в сражениях в Карпатах, пережил Великое отступление и принял участие в Брусиловском прорыве, который принес русским войскам Юго-Западного фронта значительные победы над австро-венгерской армией. Однако разочарование пришло осенью 1916 года.

После Февральской революции в воинских частях начали приобретать власть солдатские комитеты. В 186-м пехотном полку большую поддержку получили большевики, которые стали ядром полкового солдатского комитета. Летом 1917 года Сидор Ковпак был избран в состав комитета, также он был назначен начальником связи полка.

В июне 1917 года солдатские комитеты полка и дивизионные собрания приняли решение не принимать участие в летнем наступлении Керенского. 47-я дивизия самовольно покинула свои позиции и отошла к станции Окница. Солдатские комитеты потребовали демобилизации личного состава и отправки его по домам. Переговоры с командованием 8-й армии не принесли результатов, и в августе 1917 года генерал Щербачев отправил части для подавления мятежа. После четырехдневных боев солдатские комитеты приняли решение разойтись. Таким образом, в одну ночь 47-я пехотная дивизия прекратила свое существование.

Командир Котелевского партизанского отряда

Сидору Ковпаку понадобилось несколько месяцев, чтобы добраться до Котельвы. В это время на Украине власть захватила Центральная Рада, и все дороги были перекрыты гайдамаками, которые ловили бежавших с фронта дезертиров. Котельвой также управлял созданный от имени Центральной Рады общественный комитет, из-за чего Ковпаку пришлось скрываться. Дважды жандармы посещали дом Ковпаков в поисках дезертира, но оба раза Сидор успевал спрятаться на сеновале. Из родственников Ковпак узнал, что в слободе прячутся около 200 таких же, как он, бывших фронтовиков. Через своего отца и брата Алексея он нашел связь с теми, кого знал лично. Через несколько дней в клуне Ковпаков состоялся подпольный сход односельчан-фронтовиков, на котором присутствовало около 15 человек. Подпольщики решили сформировать красный партизанский отряд для противостояния гайдамакам и установления Советской власти в Котельве. Командиром отряда был избран Сидор Ковпак, а комиссаром - Г. Бородай.

После дальнейших переговоров численность Котелевского партизанского отряда возросла до 120 человек. Сбор партизан состоялся в лесу в пяти километрах от Котельвы. В одну из ночей они захватили почту, телеграф и волостное правление, разоружили местных жандармов. Общественный комитет был распущен. Утром того же дня партизаны созвали общий сход жителей слободы, на котором присутствовали около 10 000 человек. От имени красных партизан комиссар Бородай, опираясь на решения 1-го Всеукраинского съезда Советов, провозгласил установление на территории Котелевской волости Советской власти. На сходе был избран волостной ревком, председателем которого стал А. В. Радченко. Член ревкома Сидор Ковпак был избран председателем земельной комиссии, сохранив при этом пост командира отряда самообороны.

Деятельность Ковпака в должности председателя земельной комиссии имела популистский характер. Он, уступая настроению народа, требовавшего немедленного раздела земли, отверг разумные доводы некоторых членов комиссии, предлагавших провести предварительный учет и оценку конфискуемых помещичьих, кулацких и церковных земель, выработать правила и критерии наделения земельными участками и прирезами, пригласить специалистов-землемеров. Единственным компромиссом стало решение о том, чтобы безземельным, вдовам и сиротам наделы выделялись в первую очередь. Вся земля была разделена на 40 больших участков, внутри которых избранные десятские должны были поделить ее по своему усмотрению. Заседание земельной комиссии длилось всю ночь, а утром десятские пошли в поля устанавливать новые межевые знаки, хотя снег еще не сошел.

Советская власть в Котелевской волости продержалась недолго. В результате немецкого наступления на Украине в конце марта 1918 года Котельва оказалась в оккупации. Ковпак со своим отрядом вынужден был уйти в лес. Чтобы обезопасить оставшиеся в слободе семьи, партизаны взяли заложников из числа местных зажиточных крестьян и духовенства. До января 1919 года отряд действовал в четырехугольнике Полтава - Зеньков - Ахтырка - Краснокутск. Красные партизаны уничтожали небольшие отряды гайдамаков, петлюровцев и государственной стражи, перехватывали обозы с оружием и продовольствием, а также совершили несколько нападений на немецкие гарнизоны в окрестных селах.

В январе 1919 года, после успешного наступления Красной армии на Левобережной Украине, Ковпак со своими людьми вернулся в Котельву. Был восстановлен ревком, и продолжилось советское строительство.

29 мая 1919 года Сидор Ковпак, вместе с другими членами партизанского отряда, вступил в РКП(б). Однако уже в июне 1919 года в результате наступления Деникина котелевские партизаны вынуждены были отступить в Ахтырку, где соединились с отрядом Александра Пархоменко. Под давлением армии Юга России они отступали к Туле. Здесь отряд Ковпака влился в одно из подразделений Красной армии. Сам же Ковпак по дороге заболел сыпным тифом, и его санитарным эшелоном отправили в госпиталь в Саратов.

Сидор Ковпак в молодости

Сидор Ковпак в молодости

В годы Гражданской войны

После лечения в госпитале в июле 1919 года Ковпак через Саратовский губком вступил в ряды Рабоче-крестьянской Красной армии. Его направили в Уральск, в штаб 25-й стрелковой дивизии. Здесь еще не оправившегося от болезни бывшего красного партизана назначили заместителем командира оружейно-трофейной команды.

Хотя должность была небоевой, она была чрезвычайно ответственной. В то время промышленность Советской России еще не могла в полной мере удовлетворить потребности армии. Снабжение воинских частей осуществлялось за счет «местных ресурсов». Задачей команды Ковпака был сбор оружия и боеприпасов, оставшихся на поле боя. Другим источником пополнения вооружения было изъятие оружия у уральского казачества. Это было опасное дело, поэтому команда была укомплектована опытными бойцами и рабочими уральских заводов. Ковпак лично руководил подобными операциями, проявляя при этом немалую прозорливость и находчивость. Не раз ему удавалось обнаруживать схроны с оружием в овинах, на чердаках, в спальнях купеческих домов, в церквях и подземных бункерах.

Заслугой команды Ковпака стало формирование в Чапаевской дивизии 17-го бронеотряда, основу которого составили захваченные у врага тяжелые броневики «Гарфорд» и несколько маневренных «Остинов». Своеобразным подарком трофейной команды раненному в бедро начдиву Чапаеву стал отбитый у белогвардейцев ярко-красный «Паккард».

Успешная деятельность Ковпака в деле снабжения частей дивизии не осталась без внимания командования Туркестанского фронта. Не случайно, когда в мае 1920 года 25-я стрелковая дивизия была переброшена на Юго-Западный фронт, его оставили в Уральске с задачей обеспечить сбор и отправку на Южный фронт оружия, боеприпасов и артиллерии.

Пока Ковпак готовился к отправке грузов, в Поволжье против большевиков поднялось вооруженное восстание начдива Сапожкова. 27 июня 8-й полк 1-й армии Правды под командованием комполка-8 Усова численностью до 2500 человек подступил к Уральску, намереваясь захватить город. На его защиту были мобилизованы все, кто мог держать оружие, в том числе и команда Ковпака. В обороне города решающую роль сыграла подготовленная трофейной командой к отправке тяжелая артиллерия, непрерывный огонь которой наносил большие потери атакующим. Вечером того же дня коммунистический батальон особого назначения мощной контратакой обратил сапожковцев в бегство.

Уральск был удержан, и в сентябре 1920 года Ковпак и его бойцы эшелоном перебросили собранное вооружение на Украину. В штабе 6-й армии, куда прибыл Ковпак, его ждало новое задание: немедленно доставить все оружие в части, которые вели подготовку к штурму Перекопа. Предстояло перевести большое количество грузов по бездорожью на 100 и более километров, что при отсутствии гужевого транспорта казалось невозможным. Местное население прятало лошадей с повозками в днепровских плавнях, но Ковпак, уже имея большой опыт по реквизиции имущества, сумел мобилизовать для нужд армии двести пароконных подвод. Задача была выполнена в срок.

В межвоенный период

В декабре 1920 года, после разгрома армии Врангеля в Крыму, Ковпак был направлен на обучение в Высшую стрелковую школу командного состава РККА. В июле 1921 года он получил назначение на должность помощника Велико-Токмакского уездного военного комиссара, а вскоре был утвержден в должности уездного военкома. В ноябре 1921 года его перевели на должность военного комиссара Генического уезда. Сводный отряд ЧОНа и народной милиции под командованием Ковпака весной 1922 года разгромил наиболее крупную банду в уезде, после чего ликвидировал оставшиеся мелкие бандитские группировки. 19 октября 1924 года он был повышен и назначен Павлоградским окружным военным комиссаром.

С конца 1924 года Ковпак стал постоянным уполномоченным Павлоградского округа КП(б) Украины. Он регулярно проводил выезды в села округа, устраивал собрания, принимал жалобы населения и контролировал деятельность комитетов бедноты. Его хорошо знали как представители местных органов власти, так и рядовые крестьяне. Поэтому, когда в селе Вербках произошел крестьянский бунт из-за снятия церковных колоколов, Ковпака направили туда для урегулирования ситуации. Он приказал вернуть колокола на место, арестовал виновного в самоуправстве председателя сельсовета и быстро утихомирил народ. Таким образом, Ковпак завоевал репутацию народного заступника в Вербках.

В сентябре 1925 года в селе был организован колхоз имени В. И. Ленина, и местные крестьяне единогласно избрали Ковпака председателем. Не мог оценить доверие народа и отказаться от должности Ковпак, поэтому вынужден был совмещать военный и гражданский посты, пока не нашел себе достойную замену. Но даже после этого по требованию колхозников он оставался на должности заместителя нового председателя колхоза.

23 июня 1926 года Сидор Ковпак был уволен из армии, но остался в околовоенных структурах. Павлоградский райком партии направил его на должность директора Павлоградского военно-кооперативного хозяйства Днепропетровского закрытого военного кооператива.

Хозяйство, возглавившее Ковпак, находилось в ужасном состоянии. Предназначенное для обеспечения павлоградского гарнизона продуктами питания, оно само постоянно нуждалось в помощи армии. Земли были запущены, лошади измотаны до такой степени, что их приходилось подвешивать в стойлах на холщовых подхватах. Бывший заместитель, который был анархистом и членом банды Маруси-атаманши, воровал средства кооператива и создал огромное личное хозяйство, где местные работники трудились как батраки.

Ковпак проверил бухгалтерские книги и обнаружил многочисленные преступления, но вместо того, чтобы инициировать уголовное преследование, он принял решение принять меры по восстановлению порядка. Сначала он уволил заместителя и заставил его вернуть все незаконно приобретенные имущества. Затем он провел просветительскую работу среди сотрудников и прекратил кражи, заставив коллектив работать на полную мощность. Под его руководством хозяйство вышло из банкротства и стало одним из самых успешных в районе к 1934 году.

В апреле 1934 года Ковпак был переведен на должность директора Путивльского военно-кооперативного хозяйства. В 1935 году кооператив был ликвидирован, и Ковпака назначили начальником Путивльского дорожного районного отдела. В этой новой должности он снова продемонстрировал свои таланты как организатор и хозяйственник.

Сидор Ковпак стал одним из самых популярных людей в районе. На местных выборах, состоявшихся 24 декабря 1939 года, его избрали депутатом как городского, так и районного Советов депутатов трудящихся. 1 января 1940 года он был освобожден от должности начальника Путивльского дорожного районного отдела, а 2 января на первой сессии Путивльского городского совета он был избран председателем Путивльского городского исполнительного комитета.

Глава Путивля

Путивль был небольшим провинциальным городом с населением около 7000 человек. Промышленное производство в городе было слабо развито, включая только два завода: плодоконсервный и маслобойный, а также машинно-транспортную станцию, мельницу и несколько мелких предприятий. В сфере культуры и образования ситуация была более благоприятной: город располагал пятью школами (включая три средние, одну семилетнюю и одну зооветеринарную), двумя училищами механизации сельского хозяйства, педагогическим училищем, плодоовощным техникумом, двумя библиотеками, кинотеатром, Домом пионеров, Домом учителя и краеведческим музеем. Однако в городе существовали серьезные проблемы, такие как запущенное состояние жилищного фонда, отсутствие водопровода, недостаток общественного транспорта и устаревшая электросеть.

Как глава города, Сидор Ковпак начал свою деятельность с реформирования кадров в горисполкоме: многие чиновники были заменены, чтобы улучшить работу органов местного самоуправления. Он ввел жесткую дисциплину и организовал ежедневные производственные совещания для контроля за выполнением постановлений горисполкома. Особое внимание Ковпак уделил работе с жалобами и предложениями горожан, требуя обязательного ответа на все обращения в течение десяти дней.

Одной из главных задач для Ковпака стал ремонт жилищного фонда. Он провел оценку состояния каждого дома, разработал план ремонта и организовал производство строительных материалов. Благодаря совместным усилиям местных жителей и студентов план ремонта был успешно выполнен.

Ковпак также уделял внимание развитию инфраструктуры и культурной жизни города. Перед войной был установлен памятник В. И. Ленину, высажены тысячи деревьев по улицам и открыты новые промышленные предприятия.

Хотя у Ковпака были большие планы по дальнейшему развитию города, война помешала их осуществлению.

Во время Великой Отечественной войны

Подготовка к партизанской войне велась в строжайшей тайне, а Сидор Ковпак в течение двух месяцев готовил базу в Спадщанском лесу. Он заботился о запасах продовольствия, хозяйственных принадлежностях, одежде и обуви. Однако с вооружением была сложная ситуация: удалось раздобыть лишь несколько старых винтовок, а аммонал, найденный в местной каменоломне, оказался непригодным из-за отсутствия капсюлей и детонаторов.

Все собранные материалы скрывались в здании горисполкома и по ночам тайно вывозились в лес на лошадях. В труднодоступных местах леса было обустроено 132 схрона, обеспечивая безопасное хранение имущества. 20 августа 1941 года создание партизанской базы было завершено, и началась постоянная дежурство в лесу для обеспечения безопасности имущества.

Благодаря мерам конспирации, схроны Ковпака не были обнаружены и не разграблены до момента оккупации. Это позволило обеспечить продуктами питания не только свои отряды, но и группы красноармейцев и командиров РККА, выходивших из окружения.

Ситуация с подготовкой и руководством партизанскими отрядами в Путивле оказалась сложной и неоднозначной. Путивльский райком партии и местный отдел НКВД, согласно свидетельству Ковпака, не смогли эффективно организовать и поддержать подготовку к партизанской борьбе. В случае оккупации города немецкими войсками, часть партийных и НКВДовских кадров бежала, оставив город без руководства и связи с центром.

Сам Ковпак отказался сотрудничать с местным НКВД, что привело к его временному аресту. Однако благодаря предупреждению от знакомого в НКВД, он избежал заключения и скрылся в лесу. Когда вермахт приближался к городу, Ковпак оставался одним из немногих представителей власти в Путивле и занимался организацией эвакуации населения и городских учреждений. В конечном итоге, он покинул город, присоединившись к своему партизанскому отряду в лесу.

При возвращении в лагерь, Ковпак оказался с группой из минеров и бойцов воздушно-десантной бригады. Таким образом, численность его отряда составила 42 человека с ограниченным вооружением.

Развертывание партизанского движения

Партизанский отряд под командованием Ковпака столкнулся с необходимостью справляться с разделением на гражданских и военных членов, однако уже первые боевые операции помогли сплотить коллектив. Стремление Ковпака обеспечить безопасность базы и координировать действия партизанского движения из единого центра было очевидным. Он активно занимался организацией различных операций, таких как засады, минирование дорог и диверсионные акты, и главной его заботой было защитить базу и обеспечить ее безопасность.

Попытки установить контакт с Управлением НКВД Украины свидетельствуют о стремлении Ковпака к установлению эффективной связи с центром и координации действий с другими партизанскими отрядами. Однако отсутствие особого интереса со стороны органов государственной безопасности препятствовало этому, и попытка установить связь завершилась безрезультатно. Тем не менее, усилия Ковпака и его отряда принесли результаты: они активно действовали против вражеских сил, устраивали засады, диверсии, осуществляли вывод из окружения советских солдат, что важно для сохранения боеспособности Красной Армии. Таким образом, несмотря на сложности, Ковпак и его отряд продолжали активно сопротивляться врагу.

Путивльский объединенный отряд

В начальные месяцы оккупации Украины наблюдался рост партизанского движения. По информации Центрального Комитета Коммунистической партии Украины на 1 октября 1941 года, в украинских лесах действовало 738 партизанских отряда и 191 группа для диверсий и разведки. Общее количество партизан составило 27,6 тысяч бойцов. Основные силы сосредоточились на Левобережной Украине в лесах Черниговской и Сумской областей. Отряды были небольшими (обычно до 40-60 человек), плохо вооружены и действовали независимо друг от друга. Однако их деятельность вызвала тревогу у оккупационных властей. 16 сентября 1941 года генерал-фельдмаршал Кейтель, начальник штаба Верховного главнокомандования вермахта, выпустил приказ о подавлении коммунистического повстанческого движения, предписывающий жесткие репрессивные меры как против партизан, так и их симпатизантов среди гражданского населения.

Ковпак заметил изменения в обстановке уже 10 октября, когда окрестности Спадщанского леса были заняты отрядами вспомогательной полиции, составленной из местных коллаборационистов. На дорогах начали появляться усиленные патрули, а объекты инфраструктуры стали под охраной оккупационных властей. По данным информаторов, в Путивль начали прибывать армейские части для противодействия партизанам. Ситуация требовала объединения малочисленных и разрозненных партизанских отрядов в более крупные силы, способные эффективно сопротивляться противникам и проводить крупные операции. Эта задача была поручена председателю Путивльского подпольного райкома партии И. И. Высоцкому Сумским обкомом КП(б)У. Однако 16 октября он попал под минное нападение, был тяжело ранен и попал в плен к немецким войскам, где был казнен. Ковпаку пришлось принять решение о объединении партизанских отрядов.

Формирование Путивльского объединенного партизанского отряда началось с интеграции небольших партизанских отрядов, которые оказались недостаточно подготовленными к ведению партизанской борьбы. 27 сентября к отряду под командованием Ковпака присоединилось шесть бойцов из Конотопского партизанского отряда. Того же вечера группа партизан из села Воргол с численностью в пять человек приняла предложение Ковпака об объединении. 17 октября в Спадщанский лес прибыл отряд Семена Руднева, база которого в Новослободском лесу была разграблена. Встреча партизан состоялась на следующий день, и было достигнуто соглашение об объединении отрядов, при условии, что Руднев станет комиссаром отряда, а его начальник штаба, Г. Я. Базыма, - начальником штаба объединенного отряда.

Вместе с отрядом Руднева в Спадщанский лес прибыли две партизанские группы из Харькова под командованием Н. О. Воронцова и К. И. Погорелова, общей численностью 27 человек, также оказавшиеся в тяжелом положении. Однако харьковчане отказались присоединиться к Путивльскому отряду. Тем не менее, Ковпак решил выделить им продукты питания и предоставил базу недалеко от села Литвиновичи.

Создание Путивльского объединенного партизанского отряда было официально утверждено приказом № 22 от 18 октября 1941 года, где была определена его штатная структура. Соединение было разделено на восемь оперативных групп. Первая группа состояла исключительно из подрывников. В седьмую и восьмую группы были включены бойцы и командиры харьковских отрядов, при этом Харьковский партизанский отряд оставался независимым. Также были выделены отдельные подразделения для разведки и связи, а также хозяйственная часть, отвечающая за обеспечение партизанского отряда продовольствием, боеприпасами и учетом имущества. Позже, 27 октября, была также организована санчасть. Общая численность Путивльского объединенного отряда на момент формирования составила 131 человек.

Утром 19 октября в Спадщанском лесу прошли переговоры между командованием Путивльского и Харьковского отрядов с представителями партизан Шалыгинского и Глуховского районов. Беседа была сложной, так как все понимали необходимость объединения, но никто не желал потерять свою независимость. Особенно противился объединению отряд харьковчан. В итоге удалось договориться только о согласовании действий.

19 и 20 октября бойцы отряда под командованием Ковпака смогли отбить первые нападения карателей. В этих схватках немецкая армия потеряла три танка на партизанских минах. Еще один Т-3, оставленный в лесу с поврежденной гусеницей, был отремонтирован партизанами и включен в вооружение отряда. Одержав первую победу, Ковпак решил укрепить свои позиции в Спадщанском лесу серьезно и на долгое время. По его приказу были усилены оборонительные позиции, улучшена караульная служба, и в окрестных селах была проведена широкомасштабная агитационная работа, что привело к присоединению новых добровольцев к отряду. В то же время началась заготовка продовольствия на зиму.

26 октября ковпаковцы провели свою первую крупную операцию по атаке на коммуникации. Были взорваны два моста через реку Сейм у села Пруды и два моста на реке Клевен у села Вязенка. Немцам потребовалось пять дней на восстановление этих мостов, но когда ремонт был завершен, партизаны снова взорвали мосты у села Вязенка. В ту же ночь, 31 октября, еще два небольших моста на реке Клевен, возле сел Волокитино и Кагани, были уничтожены.

Предложенную Ковпаком тактику активных партизанских действий не поддержали командиры других отрядов, считавших, что это лишь увеличит карательные операции против них. В ночь на 8 ноября Харьковский отряд ушел в Брянские леса, не предупредив никого. Затем вернулся Глуховский отряд, а связь с Шалыгинским партизанским отрядом была прервана. Таким образом, к началу крупной карательной операции путивляне остались в одиночестве. Немцы сосредоточили до 3000 солдат для уничтожения отряда Ковпака и ожидали, когда листва опадет с деревьев и установится снегопокров. Ковпак до последнего надеялся удержаться в Спадщанском лесу, но после тяжелого боя в ночь с 1 на 2 декабря, чтобы сохранить людей для дальнейшей борьбы, был вынужден уйти в Хинельский лес. Позднее он жестко критиковал тех командиров партизанских отрядов, которые отказались от активной борьбы ради собственной безопасности и предпочли скрываться в лесах и болотах.

В Хинельском лесу

После прохождения 160-километрового марша, 6 декабря отряд Ковпака прибыл в село Хвощовка Севского района Орловской области. После разведки местности партизаны организовали базу в поселке лесокомбината Хинельский и незамедлительно приступили к активным действиям. За восемь дней Ковпак и его отряд очистили от полицейских отрядов все окрестные села. В результате проведенных операций было захвачено 80 тонн зерна и 60 лошадей с санями. На паровой мельнице лесокомбината была организована работа по помолу зерна, запущена круглосуточная выпечка хлеба и заготовка сухарей.

Активность Ковпака в Хинельском лесу совпала с контрнаступлением советских войск под Москвой, что способствовало увеличению партизанского движения в Брянщине. Путивльский объединенный отряд быстро расширялся и к 18 декабря насчитывал более 300 человек. Скоро Ковпаку пришлось балансировать между численностью отряда и его маневренностью. Из всех командиров крупных партизанских соединений только Ковпаку удалось решить эту задачу. В его отряде наблюдался обратный процесс: из оперативных групп создавались новые партизанские отряды, которые обладали определенной автономией, но подчинялись штабу Ковпака.

Таким образом, в Хинельском лесу Ковпаком были сформированы и вооружены три партизанских отряда - Севский (командир С. С. Хохлов), Хинельский (командир И. А. Гудзенко) и Хомутовский (командир А. Г. Ковалев), а также оперативная группа Ямпольского района в селе Родионовка (командир С. М. Гнибеда).

Такая тактика действительно позволяла относительно небольшому отряду Ковпака сохранять высокую маневренность. Он мог вести партизанскую войну на значительно большей территории, а в случае необходимости, быстро собирать силы в единый кулак для проведения крупных операций или отпора карателям.

Ковпак строил отношения с другими действующими партизанскими отрядами на основе взаимовыручки и координации действий. Нередко он побуждал их к активности. Так случилось с Эсманским партизанским отрядом, который до прихода Ковпака в Хинельский лес находился в глубоком подполье в Барановском лесу и не предпринимал никаких действий. Поддержка со стороны Ковпака помогла эсманцам активизироваться в партизанской борьбе. 24 декабря Путивльский и Эсманский отряды провели совместную операцию против оккупационных властей в райцентре Эсмань. В результате ночного налета было уничтожено 20 полицейских и выведен из строя узел связи. 28 декабря в селе Уланово они совместно разгромили карательный отряд, прибывший для прочесывания Барановского леса.

Рейдовая тактика Ковпака

К концу 1941 года на Брянщине Путивльский объединенный партизанский отряд вырос в Соединение партизанских отрядов Сумской области. Здесь, в Хинельском лесу, Ковпак принял решение о переходе к тактике рейдов, основанной на высокой маневренности и подвижности. Он никогда не задерживался на одном месте, постоянно перемещаясь и нанося удары в неожиданных точках. Это не давало оккупационным властям возможности применить тактику окружения.

Тактика рейдов не была новой, и Ковпак, изучая историю партизанского движения, черпал опыт из различных эпох, включая Отечественную войну 1812 года и деятельность Нестора Махно. Он адаптировал и развил эту тактику под современные условия, что принесло ему успех. Заслуга Ковпака заключалась в том, что он не только возродил эту тактику, но и осуществил ее в современных условиях.

Успех рейдов Ковпака обеспечивалась хорошо организованной разведкой и строгой дисциплиной во время маршей. Каждый партизан знал свою роль, а переходы осуществлялись в тайне от противника, обеспечивая удивительную мобильность и эффективность действий.

Ковпак на совещании партизанских командиров в Москве осенью 1942 года отметил, что рейды дисциплинируют партизан.

Значимым элементом рейдовой тактики Ковпака стало создание новых очагов партизанской борьбы в районах временного пребывания соединения с тем «чтобы завтра, когда будешь далеко, позади тебя не затухало пламя пожаров, не умолкал грохот взрывов». Только за время Сталинского рейда Ковпаком было вооружено и подвигнуто к активным действиям более 10 местных партизанских отрядов.

Рейдовая тактика, разработанная Ковпаком, получила высокую оценку от Центрального штаба партизанского движения и была рекомендована другим партизанским соединениям. Его опыт партизанской борьбы стал важным не только во время войны, но и в послевоенное время. Партизаны из различных стран, таких как Ангола, Мозамбик, Южная Родезия, а также командиры Вьетнамской народной армии и различные повстанческие движения в Латинской Америке, использовали этот опыт в своей борьбе.

1-й Путивльский рейд

28 декабря 1941 года соединение партизанских отрядов Сумской области под командованием Сидора Ковпака отправилось в свой первый рейд. Особых задач перед партизанами не ставилось. Основными целями похода в Путивльский район было поддержание наступательного порыва советских войск под Москвой, напоминание об себе оккупационным властям в Путивле, которые уже сообщили об уничтожении отряда Ковпака, а также привлечение к активной борьбе Глуховского и Шалыгинского партизанских отрядов.

Пройдя через территории Хомутовского, Севского и Глуховского районов, 9 января 1942 года они заняли село Кагань. Вход в Путивльский район был отмечен разгромом полицейских сил в нескольких селах, а также выведением из строя линий телефонно-телеграфной связи. Следуя по долине реки Клевень в направлении Спадщанского леса, партизаны разгромили воргольскую комендатуру в ночь на 11 января, уничтожив несколько десятков полицейских.

Немцы направили усиленный артиллерией батальон пехоты, и, не рискнув принять бой, Ковпак принял решение отступить на север. Однако 18 января 1942 года его соединение было настигнуто карателями у села Воздвиженское. После ожесточенного двухчасового боя партизаны отбросили немцев на исходные позиции и с наступлением темноты отошли в Слоутский лес. На рассвете 19 января основные силы соединения заняли село Гута. В то же время группы партизан совершили санные рейды в села Землянка, Черториги, Ярославец и Сутиски, уничтожив там подразделения вспомогательной полиции. 21 января у села Гута Ковпак разгромил основные силы карателей, вынудив их прекратить преследование.

За время пребывания в Слоутском лесу численность партизанского соединения выросла более чем вдвое. К 23 февраля 1942 года численность соединения партизанских отрядов Сумской области составила более 600 человек.

В течение января - февраля 1942 года ковпаковцы активно уничтожали вражеские гарнизоны, комендатуры и управы, вызывая панику у оккупационных властей. Утрата контроля на обширных территориях Глуховского, Кролевецкого и Путивльского районов заставила местных бургомистров обращаться за помощью к войскам и оружию.

Для ликвидации партизанского соединения Ковпака немецкое командование 18 февраля сформировало специальную группу под командованием генерал-майора И. Ф. Баумана. Группа состояла из двух батальонов 32-го и 46-го венгерских пехотных полков и сводного полка вспомогательной полиции, общей численностью 1200 человек.

Благодаря разведке, Ковпак своевременно узнал о планах противника и численности стянутых в район венгерских частей. Решено было дать врагу бой, и для этой цели было решено перейти в Шалыгинский район, где можно было выбрать более подходящее место для сражения. 23 февраля 1942 года для поднятия боевого духа партизан Ковпак провел в Дубовичах парад в честь 24-й годовщины создания Красной армии, после чего с боем прорвался через заслоны карателей. 26 февраля Сумское партизанское соединение вошло в село Веселое.

Веселовский бой стал кульминацией первого Путивльского похода Ковпака. Село Веселое, расположенное на возвышенности в центре небольшой котловины, было выбрано для обороны партизанами. Все подходы к селу были хорошо просматриваемы, а основные силы соединения заняли круговую оборону. Оперативные группы также были размещены на высоте на северной окраине села и в лесном массиве к северу от него.

Бой начался 28 февраля в 9 утра. Противник предпринял отвлекающий удар с юга, чтобы отвлечь партизан на южную окраину Веселого, а затем атаковать основными силами с севера. Однако благодаря разведке, партизаны остались на своих позициях и смогли предвидеть план противника.

Основные силы венгерских войск подошли к селу с севера, но были встречены шквальным огнем партизан. Наступление врага было замедлено из-за глубокого снега, что нивелировало его численное преимущество. В ходе боя партизанам удалось заставить противника залечь в снегу на центральном участке обороны, однако на левом фланге врагу удалось проникнуть на окраину села.

Ковпак вынужден был бросить в бой свой немногочисленный резерв, включая штабистов, поваров, медицинских сестер и бойцов Глуховского отряда. Оперативная группа Павловского подверглась сильному нападению северной группировки противника, и многие из ее бойцов были ранены. Павловский запросил помощи, и Ковпак решил ввести в бой лесную засаду.

После успешной контратаки, проведенной по сигналу ракетницы опергруппы, венгры беспорядочно отступили. Бой завершился победой партизан, и враг отступил в Шалыгино.

В десятичасовом бою у села Веселого согласно оперативному отчету группы Баумана венгры потеряли 25 человек убитыми и 66 ранеными. Потери партизан составили 12 человек.

Первый Путивльский поход Ковпака имел важное военно-политическое значение. Он выявил слабость немецких тылов, доказал эффективность рейдовой тактики, вселил в партизан уверенность в собственных силах. В ходе рейда ковпаковцы завоевали авторитет у местного населения, способствовали росту патриотических настроений, вселили в людей уверенность в скором освобождении.

По результатам 1-го Путивльского рейда около ста бойцов и командиров Сумского партизанского соединения были награждены орденами и медалями. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1942 года командиру соединения Сидору Артемьевичу Ковпаку было присвоено звание Героя Советского Союза.

партизанский командир Сидор Ковпак

2-й Путивльский рейд

Возвращение Ковпака в Хинельский лес совпало с началом крупномасштабной операции венгерских войск против брянских партизан. После тяжелых боев с превосходящими силами противника, Ковпак был вынужден отступить в Брянские леса. Однако благодаря взаимодействию с другими партизанскими отрядами и соединениями ему удалось удержать территорию на севере Сумской области. Новой главной базой Сумского партизанского соединения стала Старая Гута.

В апреле 1942 года ковпаковцы одержали ряд крупных побед над карателями. 3 апреля в селе Жихов был разгромлен 3-й батальон 51-го венгерского пехотного полка. Потери противника составили 197 человек, включая 14 офицеров и 12 унтер-офицеров. 30 апреля партизаны нанесли поражение крупной группировке венгерских войск в Пигаревке, уничтожив до 350 вражеских солдат и офицеров. После прекращения карательной операции против брянских партизан в начале мая, Ковпаку удалось осуществить второй рейд в Путивльский район.

11 апреля Ковпак, наконец, получил радиосвязь с Центральным штабом партизанского движения и начал подготовку к новому походу в тесном взаимодействии с Центром. Поставленные перед соединением Ковпака задачи были вполне конкретными: парализовать движение железнодорожных составов на магистрали Конотоп - Ворожба - Курск и автотранспорта на параллельных ей шоссейных дорогах в период наступления Юго-Западного фронта на Харьковском направлении. Однако у партизан была и своя цель: отомстить карателям за жесткие репрессии в отношении гражданского населения, учиненные ими весной 1942 года. Поэтому задания Центра были отложены на второй план.

В ночь с 15 на 16 мая 1942 года соединение Ковпака в составе 750 человек выступило в рейд. 24 мая ковпаковцы вошли на территорию Путивльского района и разместили командный пункт в лесу Марица на кургане в урочище Вишневые Горы. Ночью 25 мая Ковпак провел крупную наступательную операцию по фронту в 40 километров, атакуя венгерские гарнизоны, отряды полевой жандармерии и вспомогательной полиции в нескольких селениях. В результате операции партизаны уничтожили более 300 вражеских солдат и офицеров. Нападение вызвало панику у местных оккупационных властей, и 26 мая партизаны заняли город Путивль.

Чтобы вернуть Путивль, немецкое командование сняло с эшелона следовавшую на фронт танковую часть. Ковпак не принял бой в городской черте и отошел в Спадщанский лес, где 28 и 29 мая успешно отразил наступление противника. Потеряв три танка и несколько десятков солдат, немцы прекратили атаки, но перед уходом дотла сожгли Старую и Новую Шарповку.

В начале июня 1942 года Ковпак приступил к выполнению задач, поставленных Центральным штабом партизанского движения. Для максимального охвата территории он разделил соединение. Конотопский отряд занял лес Займа, Глуховский - лес Довжик, Шалыгинский - лес Марица. Кролевецкий отряд расположился в урочище Глубококое у села Морозовка, оперативная группа Павловского обосновалась в лесу Борок. Таким образом, Ковпак взял под контроль всю территорию Сумской области к северу от Сейма. Движение автотранспорта по дорогам на Глухов со стороны Путивля, Конотопа и Кролевца было блокировано. Путивльский отряд с объединенным штабом остался в Спадщанском лесу, создавая угрозу хорошо охраняемой железнодорожной магистрали Конотоп - Ворожба. В первых числах июня путивльские подрывники пустили под откос 3 эшелона с войсками и техникой и повредили железнодорожные пути, парализовав движение на восемь дней.

18 июня немецкое командование начало против соединения Ковпака специальную войсковую операцию под кодовым названием «Путивль». Для этого с восьми воинских эшелонов, следовавших на фронт, были сняты армейские части с танками и артиллерией. К операции также были привлечены 47-й и 51-й пехотные полки 105-й венгерской пехотной дивизии. Общая численность немецко-венгерской группировки составила более 12 000 человек.

С 20 июня начались непрерывные бои. Противник активно применял против партизан авиацию и термитные снаряды. К 27 июня ему удалось оттеснить ковпаковцев в Анатольевский и Новослободский леса. Ковпак ответил усилением диверсионной работы. В начале июля партизаны взорвали мосты через Сейм у Карыжа и Теткино и уничтожили паромные переправы в селах Марково и Мануховка. Глуховский, Конотопский, Кролевецкий и Шалыгинский отряды оседлали железную дорогу Ворожба - Курск, где подорвали еще 6 воинских эшелонов.

3 июля карательные войска полностью окружили Новослободский лес и 5 июля приступили к ликвидации Путивльского отряда. 8 июня им удалось блокировать партизан в бывшем Софроньевском монастыре. Прорвать кольцо окружения своими силами путивляне не могли, и Ковпак отправил несколько групп связных за помощью. Одной из них удалось пройти через топкое болото, и поздним вечером Кролевецкий и Конотопский отряды нанесли по противнику неожиданный удар с тыла в районе поселка Теткинских торфоразработок № 1. Услышав пение «Интернационала», Ковпак повел свой отряд в штыковую атаку. Вражеский заслон был смят. Через пробитую в кольце окружения брешь ковпаковцы ушли в направлении Вегеровки и на рассвете 9 июля были уже в Казенном лесу. Не сумев уничтожить партизан, каратели отыгрались на гражданском населении. В Новой Слободе было убито и сожжено заживо 586 человек, включая женщин и детей.

Ковпак планировал оставаться в Путивльском районе как минимум до наступления холодов, но после боев в Новослободском лесу отдал приказ о возвращении в брянские леса. Свое решение он объяснил усталостью личного состава, большим количеством раненых, отсутствием боеприпасов и взрывчатки, усиленным давлением превосходящих сил противника. Тем не менее, 2-й Путивльский рейд он оценил как удачный, а все задачи - выполненными. Сумское партизанское соединение, несмотря на ощутимые потери в ходе рейда, к моменту возвращения выросло за счет притока новых добровольцев с 750 до 1300 бойцов. Второй Путивльский поход завершился 24 июля 1942 года.

Всего за время двух рейдов в Путивльский район партизаны Ковпака с учетом выходов боевых групп прошли 6047 километров, подорвали и пустили под откос 12 воинских эшелонов, уничтожили 4905 солдат и офицеров противника, 25 танков и бронемашин, 26 автомашин, 3 паровоза, 194 вагона и цистерны. В боях было захвачено 2 орудия, 29 минометов, 46 пулеметов и 233 автомата.

Сталинский рейд

21 августа 1942 года Сидор Ковпак в числе других командиров партизанских соединений и отрядов был вызван в Москву, в Центральный штаб партизанского движения. 31 августа он присутствовал на совещании в Кремле, которое проводил Сталин. На совещании были затронуты вопросы стратегии и тактики партизанского движения, снабжения партизан с Большой земли, возможности усиления партизанской борьбы в тылу врага. Его результатом стал приказ Народного комиссариата обороны № 189 от 5 сентября 1942 года «О задачах партизанского движения». Верховный главнокомандующий отдельно остановился на рейдах соединения Ковпака, дав им высокую оценку. В конце совещания Сталин предложил Ковпаку и Сабурову выйти в рейд на Правобережную Украину.

После совещания на торжественной церемонии в Кремле Председатель Верховного Совета СССР М. И. Калинин вручил отличившимся партизанским командирам государственные награды, а на следующий день совещание продолжилось уже в узком составе. Обсуждались детали предстоящего рейда за Днепр. Сталин лично сформулировал задачи похода. Соединения Ковпака и Сабурова должны были оседлать автомобильные и железные дороги, ведущие к Киеву, на территории Житомирской и Киевской областей активизировать деятельность местных партизанских отрядов и подполья, затруднить переброску войск и военных грузов, развернуть диверсионную работу на коммуникациях и военно-хозяйственных объектах. В Киеве и прилегающих к нему районах предписывалось создать разветвленную агентурную сеть, подготовить вооруженные подпольные группы в районах мостов через Днепр для их разрушения или захвата в зависимости от обстановки, а также произвести разведку укреплений, которые немцы начали возводить по правому берегу Днепра.

12 сентября 1942 года Ковпак вернулся в Брянские леса и сразу начал подготовку к предстоящему походу. На аэродром у Старой Гуты непрерывным потоком прибывало оружие, боеприпасы и обмундирование, которое сразу же распределялось среди бойцов соединения. Партизаны получили на вооружение не только стрелковое вооружение, но и минометы, противотанковые ружья, а также батарею 76-миллиметровых пушек.

Перед началом похода Ковпак провел реорганизацию своего соединения, преобразовав оперативные группы или отряды в батальоны. Бывший Путивльский партизанский отряд стал 1-м батальоном, Глуховский ― 2-м батальоном, Шалыгинский ― 3-м батальоном, а Кролевецкий ― 4-м батальоном. Численный состав батальонов был различным. 1-й батальон, самый крупный, насчитывал до 800 человек и состоял из десяти рот: двух рот автоматчиков, двух рот тяжелого оружия и шести стрелковых рот. У 1-го батальона также был штаб соединения, включающий роту разведки (главразведка), роту минеров, взвод саперов, узел связи и главную хозяйственную часть. Ковпак командовал 1-м батальоном, так же как и всем соединением. Остальные батальоны, численностью 250―300 человек, включали в своем составе по 3―4 стрелковые роты, взвод разведки, отделение минеров и хозяйственную часть. Кроме того, в составе соединения были отдельные роты, количество которых было изменчивым.

В Старой Гуте к соединению присоединилась группа из 36 солдат и офицеров Красной армии, бежавших из Конотопского лагеря для военнопленных. Под командованием майора-артиллериста С. В. Анисимова, они стали частью артиллерийского подразделения в составе соединения. Также к Ковпаку присоединилась разведывательно-диверсионная группа капитана И. И. Бережного, из которой была сформирована 13-я отдельная рота. В октябре 1942 года в состав соединения был зачислен интендант 2-го ранга П. П. Вершигора из разведотдела штаба Брянского фронта, который позднее был назначен заместителем Ковпака по разведке. Для политической работы среди комсомольцев был прислан М. В. Андросов, бывший заведующий отделом сельскохозяйственной молодежи Запорожского обкома ЛКСМУ. Для координации деятельности партизанских соединений Ковпака и Сабурова прибыл уполномоченный ЦК КП(б)У И. К. Сыромолотный.

Рейд начался 26 октября 1942 года. Чтобы ввести противника в заблуждение, партизаны сначала двинулись на юг, в направлении Путивльского района, а затем повернули на запад через черниговские леса, контролируемые партизанским соединением Федорова. 6 ноября они вышли к Днепру напротив города Лоева, где сразу же присоединились и соединение Сабурова. Вечером 7 ноября разведчики Ковпака переправились на правый берег Днепра и захватили два парома, что позволило перебросить через реку штурмовые группы. В ночь на 8 ноября партизаны разгромили лоевский гарнизон, выведя из строя мельницу, электростанцию, маслобойню, узел связи и телефонно-телеграфную станцию. Направленный из Речицы на помощь лоевскому гарнизону охранный батальон СС также попал в партизанскую засаду на подступах к городу и был разгромлен.

10 ноября 1942 года Ковпак и Сабуров завершили переправу соединений через Днепр и ушли в Полесские леса каждый по своему маршруту. По пути они взорвали мост на железной дороге Гомель - Калинковичи и уничтожили путевое хозяйство станции Демехи. 18 ноября ковпаковцы форсировали реку Припять у села Юровичи. Затем им предстоял многокилометровый марш в район Олевска с целью нанести удар по Сарнам, важному железнодорожному узлу на правом берегу.

20 ноября ковпаковцы вышли на ближние подступы к городку Лельчицы. Штаб соединения, разместившийся в селе Буйновичи, разработал план операции по окружению и захвату райцентра, получивший название «Канны». Лельчицы были главным опорным пунктом немцев в этом районе Полесья, где находилась военная комендатура с гарнизоном в 300 человек. Общая численность противника в Лельчицах, включая силы управления вспомогательной полиции и полицейских из соседних сел, достигала 500 человек.

Немцы, уже зная о приближении крупного отряда партизан, были готовы к круговой обороне, укрепляя поселок. Здания в центре были оборудованы огневыми точками, а вокруг комендатуры и казарм были вырыты окопы. К двум часам ночи 27 ноября ковпаковцы полностью окружили райцентр. Перед началом штурма они выставили засады на дорогах, ведущих к Лельчицам со всех сторон. Партизаны успешно заняли окраины населенного пункта, но в центре столкнулись с ожесточенным сопротивлением.

Брошенная в бой артиллерия, под руководством Ковпака, сыграла решающую роль. Огнем батареи 76-миллиметровых орудий удалось подавить огневые точки в здании жандармерии, что позволило партизанам захватить его. Оборона противника рухнула, и к рассвету партизаны овладели казармами, подавив последний очаг сопротивления.

В результате ночного боя ковпаковцы уничтожили около 300 немецких солдат и полицейских, включая лельчицкого гебитскомиссара. Немецкий отряд, спешивший на помощь лельцицкому гарнизону, попал в партизанскую засаду и был вынужден отступить. Партизаны также взорвали электростанцию, маслозавод, кожевенный и лесопильный заводы, мельницу, два моста на реке Уборть и узел связи. Около ста советских граждан были освобождены из тюрьмы, а большие запасы зерна и картофеля, захваченные на немецких складах, были розданы населению.

Разгром немецких сил в Лельчицах стал отправной точкой для формирования партизанского края в Полесье, который включал 14 районов и насчитывал около 200 000 жителей к весне 1943 года. Лельчицкий район стал центром этого края. Партизанские группы и отряды, подражая Ковпаку, объединились в партизанскую бригаду.

29 ноября Сумское партизанское соединение расположилось к северу от Олевска, контролируя железную дорогу Сарны - Коростень. Батальоны заняли различные позиции в окрестностях. Ковпак решил не атаковать напрямую Сарны из-за ее фортификаций и большого гарнизона, а вместо этого уничтожить железнодорожные мосты вокруг города. В ночь на 30 ноября штурмовые группы начали операцию «Сарнский крест». Взрывы мостов на Случи, Горыни и других местах прервали железнодорожное сообщение и парализовали работу железнодорожного узла на несколько недель. Это серьезно затруднило немецкую переброску войск и материальных ресурсов в период советского контрнаступления под Сталинградом.

Операции «Канны» и «Сарнский крест» стали важными успехами Ковпака на первом этапе Сталинского рейда, за что он был награжден орденом Красного Знамени. Однако в дальнейшем развитие событий не шло по задуманному плану. Руководство партизанскими соединениями перешло от Центрального штаба партизанского движения к Украинскому Штабу партизанского движения, что привело к неэффективности в снабжении Ковпаковцев. Ковпак столкнулся с недостатком взрывчатки и боеприпасов, причем обещанные грузы так и не прибыли. Снабжение соединения Сабурова осуществлялось регулярно, что усугубило конфликт между командирами и отрицательно сказалось на дальнейшем взаимодействии.

Немецкое командование сосредоточило силы оккупационных войск в районе Ракитного, Олевска и Коростеня, под угрозой нападения на Сумское соединение. Несмотря на желание Ковпака сражаться, помощи от Сабурова не последовало, и после двухдневного сражения ковпаковцы вынуждены были отступить на север в Полесские леса. Затем они заняли село Ляховичи, где Ковпак установил новую базу. Таким образом, первый этап рейда Сумского партизанского соединения на Правобережную Украину завершился.

После обнаружения места дислокации соединения Ковпака немецкой разведкой и бомбардировки лагеря ковпаковцев и аэродрома 1 февраля 1943 года, Ковпак принял это как сигнал к продолжению рейда. 2 февраля Сумское партизанское соединение, насчитывающее 1535 человек, покинуло Ляховичи. Следующей целью Ковпака был Киев, однако пути на восток были перекрыты немецкими войсками. Чтобы оторваться от преследования и ввести противника в заблуждение, Ковпак решил двигаться на запад, в Пинские болота, а затем в Ровенскую область.

Ночью 19 февраля партизаны заняли крупное село Большой Стыдин, всего в 60 километрах от Ровно, столицы рейхскомиссариата Украина. Здесь Ковпак узнал о разгроме 6-й армии вермахта в Сталинграде и решил отметить это событие партизанским салютом. В ночь на 20 февраля на железной дороге Ковель - Ровно были взорваны три эшелона с грузами и техникой. Особенно успешным стал налет на станцию Цумань, где партизаны уничтожили 9 паровозов, взорвали железнодорожное депо, электростанцию и 12 пилорам, сожгли около 500 тысяч кубометров пиломатериалов, предназначенных для отправки в Германию.

22 февраля Ковпак и его партизанская группа наконец взяли курс на восток, пересекая малолесные районы Ровенской и Житомирской областей. В этих условиях, лишенных естественных укрытий лесов, партизаны столкнулись с увеличенным риском и потерей свободы маневра. Они знали, что противник осведомлен о их маршруте, что делало передвижение еще более опасным.

Информация от разведчиков свидетельствовала о прибытии немецких войск в Коростень и Житомир. Немцы планировали отрезать партизан от Полесских лесов, чтобы окружить и уничтожить их в районе Житомира. Чтобы избежать попадания в ловушку, Ковпак вынужден был увеличить скорость движения, осуществляя переходы как ночью, так и днем.

Несмотря на попытки ускориться, немецкие войска следовали за партизанами на каждом шагу. Однако 8 марта, в районе села Крымок, партизанам удалось форсировать реку Тетерев по тонкому льду, а затем уничтожить место переправы. Немецкий авангард сумел догнать партизан у села Кодра, где произошел бой. Партизаны успешно использовали тактику заманивания врага в ловушку, что привело к почти полному уничтожению немецкого батальона. Потери немцев составили 248 убитых и 19 пленных, в то время как партизан потеряли 18 человек убитыми и 41 ранеными.

После успешных оборонительных боев в Кодре, Ковпак и его партизанская группа продолжили движение на север и 10 марта заняли село Блидча. Диверсионные и разведывательные группы были высланы на коммуникации противника. В ночь на 12 марта партизаны провели серию диверсий, взорвав стратегически важные мосты через реку Тетерев у села Песковка, а также на мостах в Ирпене и Здвижеве, а также сожгли новый деревянный мост у Иванкова. Они также произвели разведку укреплений Восточного вала в районе Дымера.

По мере продвижения партизан и немецких репрессий Ковпак устроил базу в Толстом лесу, в районе Речицы, где организовал аэродром для приема самолетов. Однако задержки с поставками грузов вызвали новый конфликт между Ковпаком и Украинским штабом партизанского движения. Недовольный ситуацией, Ковпак направил радиограмму Сталину, обвиняя руководство УШПД в бездействии. Он также отказался принять в свое командование назначенного заместителя по разведке и выразил недовольство вмешательством УШПД во внутренние дела его соединения. Конфликт с УШПД достиг критической точки, когда Ковпак был вызван в Москву под надуманным предлогом, но он отказался лететь. В конечном итоге, благодаря вмешательству Никиты Хрущева и сговорчивости других членов УШПД, конфликт был уладен.

В начале апреля Ковпак, получив информацию от своих разведчиков о планах немцев начать навигацию на реке Припять, активизировал действия своего отряда. 5 апреля партизаны переправились на левый берег реки и заняли несколько сел. Уже на следующий день они атаковали караван судов, следовавший по реке. С помощью противотанковых ружей и артиллерии они уничтожили несколько судов, включая буксирный пароход Hoffnung и несколько барж. Днем позже они разгромили вражескую речную флотилию.

В ответ на атаку немцы начали бомбардировки сел, занятых партизанами. Ковпаку пришлось временно отступить в леса, но его отряд продолжал контролировать левый берег Припяти до 7 мая, полностью прекратив речное судоходство в этом районе.

Кроме того, совместно с другими партизанскими группами, ковпаковцы участвовали в налете на город Брагин, где уничтожили значительное количество военнослужащих местного гарнизона и захватили продовольственные склады.

За успешные операции в этот период 9 апреля 1943 года Ковпаку было присвоено воинское звание генерал-майора.

Ковпак считал, что рейд на Правобережье Днепра завершен, и подвел итоги боевой работы своего соединения. Он отметил, что за время рейда было пройдено с боями более 6400 километров, уничтожено множество железнодорожных и шоссейных мостов, пущено под откос воинских эшелонов, потоплено и сожжено речных судов, разгромлены станции и узлы связи, а также нанесено значительное поражение противнику.

Однако долгое пребывание соединения на левом берегу Припяти было опасным, поскольку партизаны становились уязвимыми для противника. Ковпак и его командиры осознавали этот риск, но они также получили настоятельное требование от Центра усилить разведку Восточного вала немецких войск на участке от Гомеля до Киева. Ковпаку пришлось отправить на это задание около 300 человек. Вместе с тем, партизаны продолжали удерживать удобный аэродром, организованный ими у села Тульговичи, и обладали поддержкой охраны со словацких охранных полков, которые не препятствовали действиям партизан.

Сидор Ковпак и комиссар Семен Руднев

Сидор Ковпак и комиссар Семен Руднев

Занятый разведкой немецких укреплений на Днепре, Ковпак не сумел вовремя обнаружить концентрацию немецких войск в районе сосредоточения его соединения. Карательная операция под кодовым названием «Мокрый мешок», начавшаяся в начале мая 1943 года, оказалась для партизан неожиданной. Для ликвидации соединения Ковпака противник привлек снятые с фронта две пехотные дивизии, танковый полк, полк тяжелых минометов и два чехословацких охранных полка. Заперев партизан в междуречье Днепра и Припяти, немцы рассчитывали оттеснить их к непроходимым болотам в месте слияния рек и уничтожить.

Дождавшись возвращения разведывательных групп, Ковпак 7 мая покинул Аровичи и предпринял попытку проскользнуть на север, но у железной дороги Гомель - Калинковичи был атакован превосходящими силами противника и вынужден был отступить на исходные позиции. Оставался один выход - уйти за Припять. 15 мая он вернулся в Кожушки и приступил к организации переправы в районе села Вяжище.

При строительстве наплавного моста партизаны столкнулись со значительными трудностями. Из-за отсутствия лесоматериалов им пришлось сначала до основания разобрать склады сенопрессовального завода. В Вяжище стоял сильный немецкий гарнизон, и чтобы заранее не обнаружить место переправы, вывозить бревна пришлось ночью, а днем, прячась в кустах, связывать их в плоты. К тому же партизанские саперы неверно оценили ширину реки в месте форсирования, в результате чего мост получился на 20 метров короче. Исправлять ошибку пришлось уже в момент его наведения. Все это сильно замедляло начало переправы соединения.

Чтобы выиграть время, партизаны весь день 16 мая отражали атаки противника со стороны Юровичей и Алексичей, а вечером отошли на заранее подготовленные позиции. Основные силы соединения заняли оборону у села Тульговичи, где были отрыты две линии траншей полного профиля. Фланг ковпаковцев со стороны Новоселок прикрывали пришедшие на помощь Ковпаку бойцы партизанского соединения Наумова. Глуховский и Шалыгинский батальоны расположились у села Кожушки.

В 7 часов утра 17 мая немцы нанесли основной удар вдоль Припяти, из Юровичей на Тульговичи. В первом эшелоне противника наступали три пехотных полка при поддержке 10 танков и артиллерии. Но еще ночью ковпаковцы заминировали танкоопасное направление. Два немецких танка подорвались на противотанковых минах и были добиты артиллерией. Первая атака противника захлебнулась. Через час противник возобновил наступление при поддержке 9 танков. На этот раз ему почти удалось приблизиться к первой линии партизанских траншей. Одному из вражеских танков удалось прорваться к окраине села, но он был вовремя подожжен бронебойщиками.

На участке 2-го батальона дело дошло до рукопашной схватки. Не выдержав натиска партизан, противник обратился в бегство. Третья атака немцев была самой мощной. Подтянув из резерва охранный полк СС, противник повел наступление, не считаясь с потерями. Командовавший обороной комиссар Руднев в критический момент вынужден был пойти на большой риск, перебросив на самые сложные участки обороны почти всех бойцов из полосы наступления словацкого охранного полка подполковника Й. Гусара. Еще 29 апреля через связную А. К. Демидчик Ковпаку удалось договориться с Гусаром о нейтралитете. Словаки обещали в случае столкновения с партизанами лишь имитировать бой, стреляя поверх голов. Если бы словаки воспользовались ситуацией, оборона ковпаковцев была бы прорвана, но Гусар сдержал свое обещание. Потеряв еще 1 танк и большое количество пехоты, немцы отступили.

До вечера противник еще дважды пытался атаковать партизан у Тульговичей, но их атаки уже не имели той силы, как предыдущие. В ходе боя 17 мая противник потерял около 300 человек убитыми и ранеными, 4 танка, 1 бронемашину, 1 танкетку и 6 автомашин. Потери партизан составили 8 человек убитыми и 11 ранеными. Одновременно с боем у Тульговичей соединение Наумова отразило 4 атаки противника со стороны Новоселок, уничтожив до 200 вражеских солдат, 1 танк, 1 бронемашину и 3 грузовых автомобиля.

Несмотря на одержанную победу, оборонять Тульговичи дольше было опасно. Еще днем немецкий самолет-разведчик произвел аэрофотосъемку оборонительных позиций партизан. Это говорило о том, что противник планирует использовать в бою авиацию. Поэтому с наступлением темноты ковпаковцы оставили село. К двум часам ночи все соединение собралось на берегу Припяти. Мост еще не был достроен, поэтому только что вышедшим из тяжелого боя партизанам пришлось взяться за топоры и пилы. К шести часам утра строительство наплавного моста было завершено. Переправа соединения через Припять продолжалась до полудня 18 мая. Противник в это время обстреливал артиллерией и бомбил с воздуха опустевшие Тульговичи. Когда немцы, наконец, поняли, что партизан в селе нет, на их поиск был направлен самолет-разведчик. Вражеский летчик обнаружил место переправы, но к этому времени почти все соединение было на правом берегу реки. Взорвав за собой мост, ковпаковцы разгромили немецкий гарнизон в Вяжище, окончательно прорвав кольцо окружения, и ушли на запад, в южное Полесье.

Переход оказался тяжелым. Партизан сопровождали непрерывные проливные дожди. К тому же на левом берегу Припяти Ковпаку пришлось оставить большую часть продовольствия и военного имущества. Партизаны голодали, из-за нехватки фуража начался падеж лошадей. В последних числах мая 1943 года Ковпак вернулся в Лельчицкий район. 1 июня соединение расположилось лагерем в лесном массиве у села Милошевичи.

Карпатский рейд

Карпатский рейд стал заключительным и самым значимым в военной биографии генерал-майора С. А. Ковпака, хотя и получил неоднозначную оценку историков. Долгое время главные цели похода оставались неизвестными. Предполагалось, что в период подготовки и проведения сражения на Курской дуге помимо диверсий на коммуникациях противника и сбора разведданных о военно-политической обстановке на Западной Украине Ковпак должен был уничтожить нефтяные промыслы в районе Дрогобыча, являвшиеся вторыми по значимости источниками снабжения горючим Восточного фронта вермахта. Однако, решение этих задач не требовало от партизан углубления в Карпаты.

Поэтому вопрос, зачем Ковпак повел соединение в горы, оставался дискуссионным. Ответить на этот вопрос стало возможным после опубликования на Украине архивов Украинского штаба партизанского движения. Согласно совместному приказу УШПД и ЦК КП(б)У «соединению генерал-майора т. Ковпака… поставлена задача выйти в Черновицкую область для воздействия на коммуникации противника и организации партизанского движения в Прикарпатской Украине. Также дано задание разведать возможности развития партизанского движения в Польше, Чехословакии, Венгрии, Румынии и организовать диверсии на нефтепромыслах, особенно в Румынии».

Первоначально Ковпак вообще не должен был идти в Карпаты. Согласно разработанному зимой «Оперативному плану боевых действий партизан Украины на весенне-летний период 1943 года», ковпаковцам было приказано вывести из строя железнодорожные узлы Жмеринка (в мае), Казатин (в июне) и Фастов (в июле). В Черновицкую область планировалось направить партизанское соединение Наумова. Однако в связи с большими потерями соединения в ходе Степного рейда и последующей болезнью Наумова изначальный план пришлось скорректировать.

К лету 1943 года Ставка Верховного Главнокомандования располагала информацией о планируемой немецкой операции «Цитадель». УШПД торопил Ковпака с выступлением в рейд, но Сумское партизанское соединение только что вышло из тяжелого похода по Правобережной Украине и нуждалось в отдыхе. Ковпак медлил и игнорировал приказы Центра. Чтобы ускорить начало партизанской операции, начальник УШПД Т. А. Строкач лично прибыл в Полесье 6 мая. Его визит оказал действие, но из-за спешки Ковпаку не удалось подготовить соединение к походу должным образом. В частности, УШПД забыл обеспечить партизан топографическими картами, что отрицательно сказалось на разработке маршрутов движения и проведении боевых операций.

Присланные с Большой земли рации для внутренней связи оказались маломощными с радиусом действия до 10 километров, вследствие чего батальоны и отдельные группы партизан постоянно теряли связь со штабом соединения. Рация для связи с центром не была укомплектована запасным аккумулятором и, в конце концов, вышла из строя. Но главное, не были предусмотрены варианты снабжения партизан в ходе рейда вооружением и продуктами питания, а также эвакуации раненых. Ковпак вынужден был тянуть за собой обоз из 255 тяжелогрузенных подвод, вследствие чего партизанская колонна растягивалась на 5-6 километров.

Из-за обоза пересечение железных и шоссейных дорог занимало от сорока минут до часа. Именно во время таких переходов немцы настигали партизан и навязывали им тяжелые бои. Из отчета Ковпака также следует, что его рейд в Карпаты должны были поддержать другие партизанские соединения (А. Н. Сабурова, И. И. Шитова и С. А. Олексенко, В. А. Андреева, Я. П. Шкрябача, Я. И. Мельника и А. М. Грабчака), но они не выполнили приказ УШПД.

Именно отсутствие поддержки со стороны крупных рейдирующих соединений украинских партизан назвал главной причиной неудачи Карпатского рейда. Анализируя процесс подготовки Сумского партизанского соединения к Карпатскому рейду, некоторые исследователи не без оснований пришли к заключению, что он являлся бессмысленной и даже преступной авантюрой УШПД, заранее обреченной на провал.

Данные о численности партизан, участвовавших в Карпатском рейде, различаются. Известно, что на начало июня Сумское партизанское соединение насчитывало 1928 бойцов. Однако после Сталинградского рейда среди ковпаковцев было много раненых и больных, значительная часть которых была вывезена на Большую землю. Вероятно, часть партизан, неготовых к длительным переходам, также была оставлена в лагере Сабурова.

Сам Ковпак в дневниковой записи указал цифру 1903 человека (русских - 684, украинцев - 598, белорусов - 405, других национальностей - 197, неподданных СССР - 19), однако в отчете о рейде фигурируют только 1657 бойцов и командиров. По данным заместителя начальника штаба В. В. Войцеховича, число выступивших в рейд партизан составляло 1517 человек.

На вооружении ковпаковцев имелись две 76-мм и пять 45-мм пушек, 32 противотанковых ружья, 10 батальонных и 42 ротных миномета, около 200 ручных и станковых пулеметов, а также 470 автоматов различной конструкции.

12 июня 1943 года в шесть часов вечера Сумское партизанское соединение, которому накануне был присвоен войсковой номер 00117, выступило из Милошевичей. Минуя Глушковичи и Беловеж, вечером 16 июня ковпаковцы заняли Сновидовичи, а в ночь на 17 июня перешли железную дорогу Сарны - Олевск в 9 километрах восточнее Ракитного, вступив в район, контролируемый Полесской сечью. 21 июня батальон украинских националистов попытался остановить продвижение советских партизан на реке Случь у села Бельчаки, но Ковпак скрытно переправил одну роту через реку и нанес противнику неожиданный удар с тыла, в результате чего около 200 бульбовцев было уничтожено.

Дважды Герой Советского Союза Сидор Ковпак

Переход Ковпака через Случь и последующий марш на северо-запад в районе Ровно сопровождались непрерывными столкновениями с отрядами украинских националистов. Националисты избегали прямых столкновений с партизанами, предпочитая использовать обстрелы из засад. Однако, небольшим группам разведчиков, действовавшим на некотором отдалении от основных сил, пришлось столкнуться с серьезными проблемами. Для решения этой проблемы Ковпак распорядился увеличить численность разведывательных групп и выделить им дополнительное вооружение.

При продвижении через леса партизанами были уничтожены до 15 националистов, а еще 30 были взяты в плен. Однако, основное столкновение произошло, когда ковпаковцы достигли берега реки Горыни у села Корчин. Там они столкнулись с куренем Полесской сечи под командованием Гонты. Бульбовцы отказались пропустить советских партизан, что привело к напряженной ситуации.

Ковпак приказал выдвинуть артиллерию и открыть огонь по селу, но его решение встретило протест со стороны Руднева. После крупной ссоры Ковпак вынужден был уступить, и ситуация была разрешена мирным путем. Партизанам была предоставлена дорога в обмен на освобождение пленных националистов.

Затем партизане строили наплавной мост и переправились через реку Горынь, вступив в Цуманские леса.

27 июня, во время пребывания близ села Берестяное, ковпаковцы встретились с отрядом «Победители». Медведев, командир этого отряда, сообщил Ковпаку, что в Ровно и его окрестностях отсутствуют крупные воинские подразделения, способные активно противостоять крупному партизанскому соединению. Разведчики также передали информацию о том, что малочисленные гарнизоны противника имеют приказ вести с партизанами только оборонительные бои.

Получив эту информацию, Ковпак принял решение покинуть леса и совершить переход в Подолию через степные районы Волыни. Последний день пребывания в Цуманских лесах партизане отметили диверсионными акциями. В ночь на 29 июня было пущено под откос 5 эшелонов на разных участках железной дороги Ковель - Ровно. К утру ковпаковцы уже находились в Малине, в 18 километрах юго-восточнее Луцка.

Далее Ковпак двигался на юго-восток, обходя город Дубно, и останавливался на дневки в небольших лесах Дубенщины. В пути советским партизанам неоднократно приходилось сталкиваться с отрядами ОУН. Встречи с бандеровцами порой заканчивались договоренностями о нейтралитете, в то время как столкновения с мельниковцами, как правило, завершались боем.

2 июля соединение Ковпака вышло на границу Тарнопольской области, расположившись на южной окраине Кременецкой пущи в районе Шумска.

Появление Ковпака на границе дистрикта Галиция стало полной неожиданностью для оккупационных властей. Ранее они имели дело только с небольшими диверсионными и разведывательными группами советских партизан, борьба с которыми не требовала содержания значительных полицейских сил. Действовавшее в этих местах многочисленное оуновское подполье было занято резней польского населения, поэтому железные дороги работали на полную мощность и практически не охранялись. За сутки через Тарнопольский железнодорожный узел в сторону фронта проходило до 40 составов.

Учитывая благоприятную военно-политическую обстановку, Ковпак решил развернуть диверсионную работу на широком фронте. В ночь с 5 на 6 июня партизанами были взорваны три железнодорожных моста через реки Горынь и Горынку длиной 125, 50 и 30 метров. Ночью 8 июня взорвался стратегически важный 175-метровый железнодорожный мост через реку Гнезну у Дычкова, а также два моста на шоссе Тарнополь - Волочиск у сел Смыковцы и Ступки. Тарнопольский гарнизон был поднят по тревоге и начал преследование осуществившего диверсию 4-го батальона, но партизанам удалось скрыться в небольшой роще у села Качановка, где в тот момент располагались основные силы соединения. Подтянув дополнительный полицейский гарнизон из Скалата, противник атаковал партизан с силами до 300 человек. Однако силы были не равны, и стремительной контратакой ковпаковцы опрокинули вражеские цепи. В бою у Качановки противник потерял 95 человек, включая коменданта шуцполиции Тарнополя.

Воспользовавшись ситуацией, партизаны беспрепятственно заняли Скалат. В городе были обнаружены крупные склады с продовольствием, обмундированием и мануфактурой. Большая часть захваченного имущества была роздана населению. Из Скалатского гетто было освобождено около 300 евреев, часть из которых влилась в ряды партизанского соединения. Из добровольцев была сформирована 7-я отдельная рота. В четыре часа утра 9 июля ковпаковцы покинули Скалат и направились к Сатановскому лесу, протянувшемуся на несколько километров вдоль реки Збруч. Перед уходом они взорвали электростанцию, хлебозавод, склад с горючим и все мосты в городе и близлежащих селах, вывели из строя оборудование в расположенной неподалеку каменоломне.

Диверсии Ковпака на коммуникациях Тарнопольского железнодорожного узла вызвали ярость в Берлине. Через Тарнополь проходил основной путь снабжения группы армий «Юг». В самый разгар Курской битвы немецкому командованию пришлось срочно перестраивать логистику: более 80 эшелонов с техникой, боеприпасами и живой силой пришлось возвращать в Краков, а затем гнать на фронт кружным путем через Румынию и Молдавию. Гиммлер в телеграмме на имя обергруппенфюрера Бах-Зелевского потребовал немедленно уничтожить банду Ковпака, а его самого захватить живым или мертвым. За голову Ковпака была объявлена награда в 100000 злотых.

Для ликвидации Сумского партизанского соединения противник сформировал группировку общей численностью до 50 000 человек. В ее состав входили 4-й, 6-й, 13-й, 23-й полицейские полки СС, переброшенный из Норвегии 26-й горно-полицейский полк СС, 374-й горнострелковый полк, три венгерских горнострелковых полка, батальон бельгийцев, батальон кавказских добровольцев, части вспомогательной полиции и полевой жандармерии. Командовать операцией было поручено обергруппенфюреру СС Ф. В. Крюгеру, специалисту по антипартизанской борьбе и знатоку Карпат. В распоряжение Крюгера также были выделены 2 самолета-разведчика и 9 тяжелых истребителей-бомбардировщиков Ме-110.

Ковпак хорошо понимал, что после диверсий в Галиции немцы не оставят партизан в покое, поэтому торопился. Однако в ночь на 10 июня начался проливной дождь, продолжавшийся без перерыва двое суток. Земля раскисла настолько, что двигаться не могли даже незапряженные лошади. Погода задержала Ковпака в Сатановском лесу на три дня, что позволило противнику блокировать все пути на запад. Уже 11 июня переброшенный из-под Кракова 4-й полицейский полк СС занял оборону на Гниле и Збруче от Гусятина до Товстого. Прорываться Ковпак решил у села Раштовцы.

В ночь на 13 июня 1-й и 4-й батальоны атаковали Раштовцы и связали эсэсовцев боем. В это время основные силы соединения благополучно перешли Гнилу по мосту в полукилометре к северу от села. Чтобы наверстать упущенное время, Ковпак распорядился посадить весь личный состав на подводы. Часть имущества партизанам пришлось бросить в Сатановском лесу, но это решение позволило им преодолеть за ночь около 50 километров по плохой дороге и значительно оторваться от противника.

На рассвете соединение остановилось в небольшой роще между селами Скоморошье и Звиняч. Из-за редколесья партизанам не удалось должным образом замаскировать место стоянки, что дало возможность немцам нанести прицельный удар с воздуха. Два Ме-110 сбросили на лагерь бомбы, а затем обстреляли его из пушек и пулеметов. В результате налета несколько партизан погибло. С этого дня немецкая авиация неотступно преследовала ковпаковцев, сильно осложнив им жизнь. И хотя за два ночных перехода партизаны преодолели почти 90 километров, опередить противника на пути к Днестру Ковпаку не удалось.

Немцы успели укрепиться по правому берегу реки, надежно перекрыв партизанам путь к Биткувским нефтяным промыслам. Захватить мост у Галича ковпаковцы не смогли. Пришлось искать другой путь. В ночь на 16 июля кавалерийский эскадрон Ленкина совместно с ротой Карпенко овладел мостом через Днестр у села Сивка, и к пяти часам утра соединение в полном составе переправилось на правый берег.

Отступление от начального плана вызвало новые трудности. Теперь Ковпаку было необходимо форсировать еще и горную Ломницу со стремительным течением. Мосты на реке отсутствовали, а пригодные для переправы обоза броды у сел Блюдники и Медыня уже были заняты врагом. Весь день, до самой темноты, противник непрерывно бомбил с воздуха и обстреливал артиллерией лес, в котором расположилось соединение Ковпака.

В десять часов вечера 16 июля партизаны пошли на прорыв. Ковпак рассчитывал захватить хотя бы один из бродов, поэтому штурмовые батальоны атаковали позиции противника одновременно у Блюдников и Медыни. Однако после четырехчасового боя они не смогли выполнить поставленную боевую задачу. Исход сражения на Ломнице решили героические действия 3-й, 6-й, 9-й и 13-й рот, которые скрытно от противника по горло в ледяной воде перешли реку у села Темировцы и стремительным ударом вдоль реки очистили берег на расстояние до 10 километров. В три часа ночи соединение переправилось через Ломицу и ушло в Черный лес. Во время переправы из-за сильного течения партизаны потеряли почти всех овец, которые должны были составить основу рациона питания в Карпатах.

Чтобы закрыть Ковпаку дорогу к Биткувским нефтяным промыслам, немцы спешно перебросили в Рассульну 4-й полицейский полк СС, ранее уже потрепанный ковпаковцами на Гниле. Но остановить партизан он не смог. В ночь на 19 июля ковпаковцы разгромили эсэсовцев, уничтожив до 300 вражеских солдат и офицеров, и захватили штаб полка.

В 3 часа ночи Ковпак с боем взял Солотвин, а к утру был в Маняве, за которой начиналась дорога в Карпаты. В Маняве партизаны взорвали 4 нефтевышки, сожгли нефтеперегонный завод и 60 тонн нефти и бензина. С рассветом начался подъем в горы. На склонах Погара партизан атаковала вражеская авиация. В результате бомбардировки 5 человек было убито, 23 - ранено. Погибло более 100 лошадей.

В ночь на 20 июля группы подрывников, усиленные автоматчиками, ушли на Биткувское плато. Как вспоминал сам Ковпак: «Пламя пожаров озарило склоны Карпатских гор... ночью было светло как днем, а от горящей нефти стоял кругом такой треск, воздух так дрожал, что не было слышно гула моторов немецких самолетов, не дававших нам покоя даже ночью».

И хотя из-за быстрой переброски немецких войск в район промыслов довести дело до конца не удалось, ущерб врагу был нанесен значительный: в период с 20 по 24 июля взорвано до 40 нефтяных вышек, 13 нефтехранилищ, озокеритный и три нефтеперегонных завода, две нефтеперекачивающих станции и химическая лаборатория. Особенно сильный урон был нанесен нефтепромыслу у села Яблонька. Он не был обозначен на карте, и ковпаковцы о нем не знали. На него случайно наткнулся отставший после боя за Рассульню батальон Матющенко. Охрана при появлении партизан разбежалась, и польский инженер указал подрывникам наиболее значимое для добычи нефти оборудование. Были уничтожены все нефтевышки, насосы, помпы, моторы, бак для переработки нефти вместимостью 750 тонн и, главное, взорван нефтепровод, тянувшийся от нефтепромысла к железной дороге. Через поврежденную трубу из подземных нефтехранилищ в Быстрицу Солотвинскую было слито 50 тысяч тонн переработанной нефти.

Тем временем основные силы партизанского соединения спустились с Погара и по узкой долине вышли к реке Быстрица Надворнянская в районе села Соколовица. Здесь Ковпак планировал дождаться возвращения диверсионных групп, но противник быстро перебросил крупные силы в Пасечну. 2-й батальон Кульбаки не сумел удержать переправу через реку, что поставило соединение в сложное положение. Пришлось спешно сниматься с места и отступать долиной Быстрицы в горы. Днем 21 июля ковпаковцы заняли оборону на рубеже Зелена - Черник.

Уже первые дни пребывания в Карпатах показали всю неподготовленность партизан к боевым действиям в горных условиях. Имевшиеся на вооружении ковпаковцев фурманки оказались непригодными для перемещения по горным тропам. Во время спуска с Погара из-за поломки ступиц несколько подвод с боеприпасами упали в пропасть. Пришлось срочно переделывать фурманки в двуколки, раненых переложить на носилки, а грузы упаковывать во вьюки. Много хлопот было и с лошадьми. На каменистой почве их ноги распухали. Животных пришлось перековывать, подкладывая между копытами и подковами куски шинельного сукна. Еще одной большой проблемой стала обувь. Не предназначенные для длительных переходов в горах сапоги и ботинки быстро приходили в негодность. Как отметил сам Ковпак, к моменту, когда соединение вырвалось с гор, до 60 % бойцов вынуждены были воевать в обмотках.

Начиная с двадцатых чисел июля в дневнике Ковпака регулярно появляются записи о голоде среди партизан. Собственные продовольственные запасы они исчерпали уже к 23 июля. Пришлось воровать овец у гуцулов, что вызвало враждебность со стороны местного населения. Пастухи-гуцулы стали охотиться на партизан. Но отношение местных жителей к ковпаковцам скоро начало меняться. Чтобы лишить партизан доступа к продовольственным ресурсам, Крюгер распорядился отобрать у гуцулов весь скот, а отары на дальних пастбищах (полонинах) уничтожать с воздуха. С этого времени гуцулы стали помогать советским партизанам продуктами питания и часто выступали в качестве проводников.

Пока Ковпак в Зеленой готовился к новому горному переходу, противник стянул крупные силы в Надворную, Делятин, Дору и Яремчу. Вражеские горнострелковые подразделения заняли господствующие высоты вблизи лагеря партизан. Однако Крюгер не предпринимал активных действий против Ковпака. Из показаний захваченного в плен офицера связи группы Крюгера стали известны первоначальные замыслы противника. Загнав Ковпака в горы и отрезав его от источников продовольствия, немецкий генерал планировал измором и непрерывными бомбардировками заставить партизан сложить оружие. Но в его планы вмешался Гиммлер, лично прибывший в начале июля во Львов для координации антипартизанской операции.

Гиммлер дал обещание Гитлеру в кратчайшие сроки уничтожить банду Ковпака. Уступая его давлению, Крюгер вынужден был начать наступление против партизан в невыгодных для немцев условиях. 25 июля 13-й полк СС атаковал позиции партизан у Зеленой, но попал в огневой мешок и вынужден был отступить с большими потерями. Тем же днем Ковпак, используя тактику блуждающих засад, нанес поражение 26-му полку СС, а на следующий день разгромил 24-й полк СС. В этих боях эсэсовские полки потеряли убитыми и ранеными до половины личного состава.

Непрерывными бомбардировками и постоянными атаками Крюгер все же вынудил Ковпака отступить дальше в горы. Партизаны двинулись на юго-восток вдоль хребта Горганы на Поляницу и Татарув. Однако противник успел перебросить в район Поляницы 13-й, 14-й и 23-й полки СС, 3 венгерских пехотных полка и части пограничной охраны. Прорвать вражескую оборону партизанам не удалось. 29 июля в лесу у Поляницы состоялось совещание партизанского штаба, на котором было принято решение о прекращении рейда. Итогом совещания стал окончательный разрыв отношений между Рудневым и Ковпаком и фактическое отстранение последнего от командования соединением. Петр Кульбака вспоминал, что с этого момента у партизан не было единого руководства боевыми операциями.

Согласно воспоминаниям Бережного, разговоры о необходимости прекращения похода начались еще во время стоянки партизан в Зеленой. Их инициатором был Кульбака, но он был далеко не одинок в этом мнении. После тяжелых боев в долине Быстрицы Руднев и Базыма также предлагали Ковпаку как вариант дальнейших действий прорыв на Делятин с последующим выходом на равнину. Но Ковпак принял решение идти на Поляницу. Вершигора, не посвященный в истинные цели рейда, назвал это решение самым неподходящим вариантом, а во время перехода позволял себе критику в адрес командира. Сам Вершигора признавался, что обсуждал вопрос о прекращении похода с Рудневым еще до начала совещания.

После совещания Ковпак отдал приказ уничтожить тяжелое вооружение. Испытывая особую привязанность к артиллерии и протащив ее, несмотря на все трудности, через горы от Манявы до Поляницы, командир соединения вряд ли пошел на этот шаг добровольно. Согласно воспоминаниям Бакрадзе, инициатива взорвать пушки и минометы исходила от Руднева, считавшего их ненужной обузой. Вместе с партизанской артиллерией по приказу комиссара в лесу были оставлены все повозки и часть имущества, которое нельзя было унести на руках.

Перевалив через хребет Яворник в ночь на 30 июля, ковпаковцы по долине реки Зеленица продвинулись на север, и ночью 31 июля заняли полонину Щивка, где были окружены частями 26-го полка СС. В течение двух дней противник пытался сбросить партизан с высоты, но безуспешно. Не сумев сломить сопротивление ковпаковцев, немцы решились применить химическое оружие. Утром 3 августа немецкая авиация сбросила на Щивку бомбы с боевым отравляющим веществом, но удар пришелся в пустоту. Накануне ночью партизаны скрытно оставили Щивку и перебазировались на гору Вовтарова, где начали подготовку к прорыву через Делятин.

Делятинский бой

По данным разведки, в Делятине располагался штаб генерала Крюгера и сильный гарнизон. В городе царило абсолютное спокойствие, так как немцы были уверены, что партизаны окружены и почти уничтожены в горах. Ситуация позволяла рассчитывать на эффект неожиданности, поэтому комиссар Руднев выбрал направлением удара Делятин. Ковпак в разработке плана по штурму Делятина участия не принимал, командовал операцией Руднев.

Для штурма Делятина были сформированы две ударные группы. Первая группа, в составе первого и третьего батальонов под командованием Вершигоры, должна была овладеть северной частью города, взорвать мосты на железных и шоссейных дорогах Делятин - Надворная, Делятин - Коломыя, а также захватить мост через Прут и село Заречье. Вторая группа, в составе двух батальонов под общим командованием Кульбаки, должна была овладеть железнодорожной станцией и южной частью города, взорвать мосты на железной и шоссейной дорогах из Делятина на Яремчу, а затем продвинуться на Заречье и далее на Ославы Белые. Ковпак командовал резервом, состоявшим из роты Брайко и оставшихся без орудий артиллеристов, и должен был обеспечить проход через Делятин тыловых подразделений и санчасти.

В два часа ночи 4 августа партизаны начали штурм города, завершившийся полным разгромом вражеского гарнизона. Было уничтожено более 500 немецких солдат и офицеров, 1 танк, 1 бронемашина и 85 автомобилей. В результате также были взорваны 3 железнодорожных моста длиной 410 метров, 4 шоссейных моста длиной 250 метров, железнодорожный эшелон, 1 паровоз и 45 вагонов, а также разрушена железнодорожная станция, где уничтожено все путевое хозяйство. Крюгер бежал, не успев даже надеть брюки, и до вечера прятался в выгребной яме в Заречье. Однако дальше все пошло не по плану.

Изголодавшиеся партизаны вместо того, чтобы быстро покинуть город, бросились грабить продуктовые магазины и склады. Наевшись, многие засыпали прямо на улице. В результате последняя группа партизан покинула Делятин только к 10 часам утра.

Руднев, вместо того, чтобы навести порядок, лично возглавил авангард и выдвинулся в направлении Олавы Белой, где ввязался во встречный бой с подошедшим на помощь делятинскому гарнизону 273-м горнострелковым полком. Попав в окружение, Руднев просил подкрепления, но помочь ему было некому. Оставшись без командира, партизанские батальоны рассыпались на отдельные группы, которые вели бой с превосходящими силами противника сами по себе. На поле боя у Заречья царил хаос. Ковпак с опозданием получил просьбу Руднева о помощи и отправил к нему на выручку роту Брайко, но последний не выполнил поставленную боевую задачу. Комиссар Руднев погиб.

Потеряв в бою под Делятином 72 бойцов и командиров, партизаны к вечеру 4 августа отступили в лес за реку Ославку и укрепились на холмах к югу от села Ланчин. К этому времени в составе соединения насчитывалось 1400 человек, в том числе 200 раненых. Несмотря на успешный захват Делятина, решить главную задачу - вырваться из окружения, ковпаковцы не смогли и оказались в еще более плотном кольце. В этих условиях Ковпак и Вершигора приняли решение разделить соединение на шесть групп с правом самостоятельных действий. Согласно приказу № 406 от 5 августа 1943 года группы возвращались в Карпаты для дальнейшего выполнения задач, поставленных Верховным главнокомандующим и штабом УШПД. Местом сбора соединения был определен район высот Щивка, Лазак, Аршечна, куда все группы должны были выйти к 14 августа.

По воспоминаниям Ковпака рядовые партизаны были удручены необходимостью снова возвращаться в горы, но вынуждены были подчиниться приказу. Оставив раненых на попечение двух украинских крестьян в лесу у села Княждвор, в ночь 6 августа все группы успешно просочились через кордоны врага и ушли в Карпаты. Но фактически этот маневр превратился в отступление в Полесье. На десятый день непрерывного маневрирования в горах, в условиях постоянных боев с немецкими заслонами и неудачными попытками оторваться от преследования, терзаемые голодом, партизаны так и не смогли соединиться. К тому же Ковпак получил ранение в ногу. 15 августа командир соединения отдал окончательный приказ о прекращении рейда и возвращении в Полесье. Новой точкой сбора партизан был обозначен хутор Конотоп близ села Глушковичи.

Выход Сумского партизанского соединения с Карпатских гор осуществлялся на широком фронте через территории Станиславской, Тарнопольской, Каменец-Подольской и Львовской областей. В конце сентября 1943 года все 6 групп, а также обоз с ранеными, из которого была сформирована 7 группа, вернулись в Полесье. Вместе с партизанами вернулся из похода и единственный уцелевший конь по кличке Орлик, принадлежавший комиссару Рудневу. Согласно записям В. Войцеховича из Карпатского рейда вышло 1047 человек. Таким образом, в период с 12 июня по 30 сентября 1943 года потери Сумского партизанского соединения составили около 600 бойцов и командиров. Противник за тот же период в боях с партизанами потерял, согласно отчету Ковпака, 3360 солдат и офицеров. В том же отчете Ковпак обозначил датой окончания Карпатского рейда 1 октября 1943 года.

Сам Ковпак считал Карпатский рейд неудачным и опасался, что его накажут. Однако советское командование высоко оценило итоги рейда, несмотря на то, что его главные цели не были достигнуты. Н. С. Хрущев назвал его «самым сокрушающим и маршевым рейдом из всех рейдов, которые совершали партизаны Украины». Указом Президиума Верховного Совета СССР от 4 января 1944 года генерал-майор С. А. Ковпак был награжден второй медалью «Золотая Звезда».

К началу ноября 1943 года Ковпак полностью восстановил численность и боеспособность соединения, что позволило партизанам перейти к активным действиям. К этому времени Красная армия прочно закрепила плацдармы на правом берегу Днепра. 6 ноября был освобожден Киев. Пытаясь отбросить советские войска за Днепр, противник перебрасывал на Правобережную Украину резервы. Одновременно по приказу Гиммлера полицейфюрер Украины обергруппенфюрер СС Г. А. Прютцман начал эвакуацию имущества из прифронтовых районов. В этих условиях железная дорога Сарны - Коростень приобрела для немецкого командования жизненно важное значение. Для обеспечения безопасности движения противник усилил охрану железной дороги и вырубил на глубину 100 метров лес по обе стороны от полотна. По перегону курсировал бронепоезд, а на станции Олевск на постоянной основе находился восстановительный поезд.

Под утро 15 ноября партизаны основными силами атаковали станцию Олевск. Одновременно был нанесен вспомогательный удар по соседней станции Сновидовичи. Помимо ковпаковцев в операции участвовал Олевский партизанский отряд К. Л. Федчука, а также городское подполье. В результате налета на станции Олевск было уничтожено четыре паровоза, двести шестьдесят один вагон, пятьдесят тонн бензина, пять вагонов пороха, тысяча тонн авиабомб, снарядов и патронов, пятьдесят девять вагонов обмундирования, а также большое количество автомашин, продовольствия и другого имущества, убито 172 вражеских солдата из батальона охраны станции, захвачено в плен 32 полицейских.

Взрывы на станции продолжались четыре часа, все путевое хозяйство было уничтожено. Одновременно была захвачена станция Сновидовичи. В обе стороны от нее партизаны разобрали 730 погонных метров железнодорожного пути. Противник оперативно перебросил к месту диверсии крупные силы пехоты, подогнал бронепоезд. Но партизаны, организовав вдоль полотна баррикады, в течение двух дней оказывали упорное сопротивление, не давая немцам восстановить железную дорогу. Лишь к вечеру 17 ноября из-за нехватки боеприпасов они вынужденно отошли в лес. Выручил ковпаковцев 2-й Молдавский партизанский отряд, который поделился с ними патронами. Через день Ковпак вернулся на железную дорогу и вновь вывел ее из строя, на этот раз окончательно.

Олевская операция стала последней крупной операцией Ковпака на посту командира Сумского партизанского соединения. Но до отъезда на Большую землю он успел осуществить еще одно значимое военно-административное мероприятие. Пользуясь правами члена подпольного ЦК КП(б)У, 29 ноября он объявил мобилизацию на подконтрольных партизанам территориях Олевского и Ракитянского районов. Призыву подлежали мужчины в возрасте от 19 до 43 лет, не принимавшие участие в партизанском движении. Призывной пункт разместился на хуторе Млынок. Здесь же был организован учебно-тренировочный лагерь для новобранцев. К середине декабря Ковпак подготовил 1500 бойцов, которые на партизанских подводах были переброшены в Овруч и влились в состав регулярных частей Красной армии.

18 декабря 1943 года Ковпак был вызван в Киев, куда незадолго до этого из Москвы переехал Украинский штаб партизанского движения. К этому времени сплошная линия фронта от Мозыря до Житомира существовала только на бумаге. Между Овручем и Коростенем в немецкой обороне образовалась большая брешь, которую партизаны окрестили «партизанскими воротами». Через эти ворота Ковпак 19 декабря выехал на Большую землю. До Овруча добирался на лошадях, от Овруча до Киева ехал в машине вместе с Сабуровым. В Полесье Ковпак уже не вернулся. 24 декабря 1943 года приказом УШПД новым командиром Сумского партизанского соединения, вскоре преобразованного в 1-ю Украинскую партизанскую дивизию имени дважды Героя Советского Союза С. А. Ковпака, был назначен П. П. Вершигора.

За годы войны Сумское партизанское соединение под командованием Сидора Ковпака прошло с боями по тылам немецко-фашистских войск более 10 тысяч километров, разгромило гарнизоны противника в 39 населенных пунктах, пустило под откос 62 железнодорожных эшелона, взорвало 256 мостов, уничтожило 96 складов, 500 автомашин, 20 танков и бронемашин. Рейды Сидора Ковпака сыграли большую роль в развертывании партизанского движения против немецких оккупантов. К середине декабря 1943 года численность соединения Ковпака составила 2500 бойцов и командиров. Авторитет Ковпака среди украинских партизан был очень высок. В письме Хрущеву от 6 января 1944 года М. И. Наумов предлагал назначить его начальником филиала УШПД на Правобережной Украине как человека, способного активизировать партизанскую борьбу в тылу врага. Однако это предложение не было принято руководством УШПД.

Причиной отстранения Ковпака от командования Сумским партизанским соединением послужили его преклонный возраст, состояние здоровья, а также потребность в кадрах для налаживания мирной жизни на освобожденных территориях Украинской ССР.

Ковпак несколько месяцев провел в госпиталях и санаториях. Только 11 ноября 1944 года он получил назначение на должность члена Верховного суда Украинской ССР, которую занимал до марта 1947 года.

Сидор Артемьевич Ковпак

С 10 февраля 1946 года по 11 декабря 1967 года - депутат Верховного Совета СССР 2―7 созывов. С 9 февраля 1947 года по 11 декабря 1967 года ― депутат Верховного Совета Украинской ССР 2―7 созывов и одновременно до 11 апреля 1967 года заместитель Председателя Верховного Совета УССР. В апреле 1967 года избран в Президиум Верховного Совета УССР.

Сидор Ковпак активно использовал свои полномочия депутата Верховных Советов СССР и УССР для содействия социально-экономическому развитию ряда районов Украины. В частности, он уделял большое внимание развитию Кролевецкого, Глуховского и Путивльского районов. Под его руководством были реализованы ряд важных проектов: 1. В Кролевце был построен жилой квартал и Дом культуры, что способствовал улучшению жилищных и культурных условий жителей района; 2. В Путивле были построены асфальтовый завод, новая электростанция и крытый рынок, что способствовало развитию инфраструктуры и экономики района; 3. Благодаря усилиям Ковпака была построена асфальтированная дорога, связывающая Путивль и Глухов, что способствовало улучшению транспортной доступности между населенными пунктами; 4. В самом Глухове были проведены работы по асфальтированию улиц, что способствовало улучшению городской инфраструктуры и комфорта жизни горожан. Эти мероприятия имели значительное значение для социально-экономического развития данных районов и улучшения жизненного уровня их жителей.

Сидор Ковпак, член РКП(б)/ВКП(б)/КПСС с 1919 года, играл значимую роль не только на политической арене, но и в литературной сфере. Его первая повесть «Поход в Карпаты», которая является своеобразным отчетом о Карпатском рейде, была опубликована в 1944 году и получила признание широкой аудитории. Затем последовали еще 6 книг, которые неоднократно переиздавались на русском и украинском языках.

Ковпак также активно участвовал в общественно-политической жизни страны, выступая на различных мероприятиях, собраниях и митингах, как внутри страны, так и за ее пределами. В течение десяти лет он возглавлял Украинское отделение Общества советско-чехословацкой дружбы и был членом редколлегии трехтомника «Украинская ССР в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

Сидор Ковпак скончался от рака легких 11 декабря 1967 года на 81 году жизни. Ему были оказаны воинские почести, и 13 декабря он был похоронен на Байковом кладбище. Могила Ковпака была внесена в реестр памятников культурного наследия Украины постановлением кабинета министров Украины от 3 сентября 2009 года № 928.



Личная жизнь Сидора Ковпака:

Дважды был женат.

Первая жена - Екатерина Ефимовна. Они познакомились еще во время Гражданской войны. Екатерина Ефимовна воевала в Котелевском партизанском отряде под началом Ковпака. Женился на ней в середине 1920-х. Она имела сына от первого брака, который стал военным летчиком и погиб во время Великой Отечественной войны.

По воспоминаниям Сидора Ковпака, его первая жена была строгого нрава и проявляла сильную ревность. Однажды, во время работы в Павлограде, когда Ковпак увлекался театральной самодеятельностью и участвовал в драматическом кружке местного клуба, произошел инцидент, который он часто вспоминал. В театре ставили легкомысленный водевиль, в котором ему досталась роль бабника. Ковпак так сильно погрузился в свою роль, что получил бурные аплодисменты на премьерном показе. Однако его супруга, Екатерина Ефимовна, присутствовавшая на спектакле, не оценила его талант и ревностно реагировала на его участие, ставя крест на его актерской карьере. В своем повествовании Ковпак предполагал, что, возможно, мог бы стать настоящим артистом, если бы не ревность его жены. Этот рассказ Ковпака был опубликован в журнале «Перец».

Перед началом войны Екатерина Ефимовна работала билетером в бане. В августе 1941 года, не доверяя властям, Ковпак не отправил свою жену на эвакуацию, а укрыл ее у родственников в Котельве, где она пережила оккупацию. Екатерина Ефимовна скончалась в 1956 году.

Вторая жена - Любовь Архиповна. Имела от прежних отношений взрослую дочь Ольгу (Лелю), к которой Сидор Артемьевич относился как к родной. Кроме того, пара усыновила из детского дома мальчика по имени Василий, но он умер в молодом возрасте от туберкулеза.

Сидор Ковпак жил в Киеве по адресам: с 1944 по 1960 год на улице Чапаева, дом 14, с 1960 по 1967 год на Липской улице, дом 12/5.

Награды и звания Сидора Ковпака:

- Дважды Герой Советского Союза: медаль «Золотая Звезда» (№ 708; 18.05.1942); медаль «Золотая Звезда» (№ 16; 04.01.1944);
- четыре ордена Ленина (18.05.1942; 23.01.1948; 25.05.1957; 25.05.1967);
- орден Красного Знамени (24.12.1942);
- орден Суворова I степени (02.05.1945);
- орден Богдана Хмельницкого I степени (07.08.1944);
- медаль «Партизану Отечественной войны» I степени (04.03.1943);
- медаль «Партизану Отечественной войны» II степени (05.06.1943);
- медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (09.05.1945);
- медаль «Двадцать лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (07.05.1965);
- медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»;
- медаль «В память 800-летия Москвы»;
- медаль «В память 250-летия Ленинграда»;
- Георгиевский крест III степени;
- Георгиевский крест IV степени;
- две Георгиевские медали;
- орден «Крест Грюнвальда» III степени (ПНР);
- орден Белого льва II степени (ЧССР);
- Чехословацкий Военный крест 1939-1945 годов (ЧССР);
- медаль «В память 20-летия Словацкого восстания 1944 года» (ЧССР);
- Венгерская Партизанская памятная медаль (ВНР);
- две медали «Гарибальди» (Италия).

Библиография Сидора Ковпака:

1944 - Поход в Карпаты;
1945 - От Путивля до Карпат: Боевой путь украинского партизанского соединения в немецком тылу;
1947 - Сталинский рейд;
1956 - Героические дела осоавиахимовцев;
1964 - Из дневника партизанских походов;
1965 - Партизанскими тропами;
1987 - Воспоминания, очерки, статьи

Образ Сидора Ковпака в кино:

1975 - «Дума о Ковпаке» - в роли Сидора Ковпака актер Константин Степанков.

Константин Степанков в роли Сидора Ковпака

Константин Степанков в роли Сидора Ковпака

последнее обновление информации: 26.01.2024

© Сбор информации, авторская обработка, систематизация, структурирование, обновление: администрация сайта stuki-druki.com.





Главная Политика конфиденциальности 2014-2024 © Штуки-Дрюки Все права защищены. При цитировании и использовании материалов ссылка на Штуки-Дрюки (stuki-druki.com) обязательна. При цитировании и использовании в интернете гиперссылка (hyperlink) на Штуки-Дрюки или stuki-druki.com обязательна.