Талейран - биография, новости, личная жизнь

Возраст: 272 (со дня рождения)

Возраст смерти: 84 года

Шарль Морис де Талейран-Перигор (фр. Charles Maurice de Talleyrand-Périgord). Родился 2 февраля 1754 года в Париже - умер 17 мая 1838 года в Париже. Князь Беневентский, французский политик и дипломат, занимавший пост министра иностранных дел при трёх режимах, начиная с Директории и кончая правительством Луи-Филиппа. Известный мастер политической интриги. Eпископ Отёнский (с 2 ноября 1788 по 13 апреля 1791). Имя Талейран стало едва ли не нарицательным для обозначения хитрости, ловкости и беспринципности.

Наполеон в своём дневнике 11 апреля 1816 года писал о Талейране: «Лицо Талейрана столь непроницаемо, что совершенно невозможно понять его. Ланн и Мюрат имели обыкновение шутить, что если он разговаривает с Вами, а в это время кто-нибудь сзади дает ему пинка, то по его лицу Вы не догадаетесь об этом».

Талейран родился 2 февраля 1754 года в Париже, в знатной, но небогатой аристократической семье Шарля Даниэля де Талейран-Перигор (1734-1788). Предки будущего дипломата происходили от Адальберта Перигорского, вассала Гуго Капета. Предок Шарля, Анри, в своё время был участником одного из заговоров против всесильного кардинала Ришелье. Дядя Талейрана, Александр Анжелик де Талейран-Перигор, был в своё время архиепископом Реймсским, затем кардиналом и архиепископом Парижским. «Счастливейшие годы детства», по воспоминаниям, Талейран провёл в усадьбе своей прабабки, графини Рошешуар-Мортемар, внучки Кольбера.

Предположительно, травма колена (реальная или мнимая) помешала мальчику поступить на военную службу. Родители решили направить сына на церковную стезю, вероятно, в надежде сделать его епископом и сохранить под влиянием семьи Талейранов епископство Отён. Шарль Морис поступил в коллеж д’Аркур (фр. Collège d'Harcourt) в Париже, затем учился в семинарии Сен-Сюльпис (1770-1773) и в Сорбонне. Получил степень лиценциата по теологии. В 1779 году Талейран был рукоположён в священники.

В 1780 году Талейран становится Генеральным агентом Галликанской (французской) церкви при дворе. На протяжении пяти лет он совместно с Раймоном де Буажелоном, архиепископом Ахенским, ведал имуществом и финансами Галликанской церкви. В 1788 году Талейран стал епископом Отёнским.

В апреле 1789 года Талейран был избран депутатом от духовенства (первого сословия) в Генеральные штаты. 14 июля 1789 года его включают в Конституционный комитет Национальной ассамблеи. Талейран участвует в написании Декларации прав человека и гражданина и выдвигает проект Гражданской конституции духовенства, предусматривающей национализацию церковного имущества. 14 июля 1790 года он служит торжественную мессу в честь Праздника Федерации.

В 1791 году был лишен сана и отлучен от Церкви Папой Римским за участие в революционной деятельности.

В 1792 году Талейран дважды посещает Великобританию для неофициальных переговоров о предотвращении войны. Переговоры завершаются неудачно. В сентябре Талейран уезжает в Англию как раз накануне вспышки массового террора на родине. Во Франции на него как на аристократа в декабре выдаётся ордер на арест. Талейран остаётся за границей, хотя и не объявляет себя эмигрантом.

В 1794 году в соответствии с декретом Питта французскому епископу приходится покинуть Англию. Он отправляется в Североамериканские Соединённые Штаты. Там он зарабатывает себе на жизнь финансовыми операциями и операциями с недвижимостью.

После 9 термидора и свержения Робеспьера Талейран начинает хлопотать о своём возвращении на родину. Ему удаётся вернуться в сентябре 1796 года. В 1797 году он становится министром иностранных дел, заменив на этом посту Шарля Делакруа. В политике Талейран делает ставку на Бонапарта, и они становятся близкими союзниками. В частности, министр помогает генералу осуществить переворот 18 брюмера (17 ноября 1799 года).

В эпоху Империи Талейран участвует в организации похищения и расстрела герцога Энгиенского.

В 1803-1806 годах под руководством Талейрана была осуществлена реорганизация политических единиц, составлявших Священную Римскую империю, известная в истории как медиатизация в Германии.

В 1805 году Талейран участвует в подписании Пресбургского договора.

В 1807 году, при подписании Тильзитского договора он выступает за сравнительно мягкую позицию в отношении России.

Ещё во время первой Империи Талейран начал получать взятки от враждебных Франции государств. В дальнейшем он способствовал реставрации Бурбонов.

На Венском конгрессе 1814-1815 годов представлял интересы нового французского короля, но при этом исподволь отстаивал интересы французской буржуазии. Выдвинул принцип легитимизма (признание исторического права династий на решение основных принципов государственного устройства) для обоснования и защиты территориальных интересов Франции, состоявших в сохранении границ, существовавших на 1 января 1792 года, и недопущения территориального расширения Пруссии. Этот принцип, однако, не был поддержан, ибо противоречил аннексионистским планам России и Пруссии.

После революции 1830 года вошёл в правительство Луи-Филиппа, а позднее был назначен послом в Англии (1830-1834). На этом посту он немало способствовал сближению Франции и Англии и отторжению Бельгии от Голландии. При определении государственной границы Бельгии Талейран за взятку, полученную от голландского короля, предложил сделать Антверпен «вольным городом» под протекторатом Англии. Из-за последующего скандала дипломат был вынужден уйти в отставку. Впоследствии Антверпен всё же вошёл в состав Бельгии.

Дипломатический стиль Талейрана

Дипломатический стиль Талейрана стал самостоятельным явлением в истории международных отношений. Он не стремился к громким жестам, не верил в искренние союзы и относился к переговорам как к искусству управления слабостями людей и государств. Его подход основывался не на идеалах и не на силе, а на расчёте, терпении и тонком понимании баланса интересов.

Он считал переговоры важнее войны

Талейран рассматривал дипломатию как инструмент, способный дать больше, чем военные победы. В его представлении война разрушала структуры, тогда как переговоры позволяли их перестраивать. Даже в эпоху наполеоновских войн он оставался сторонником договорённостей и компромиссов, считая силовое давление временным и нестабильным.

Он работал не с лозунгами, а с интересами

В отличие от идеологов революции и сторонников «исторической миссии», Талейран исходил из холодного анализа интересов держав. Он не доверял словам о чести, верности или судьбе народов и предпочитал обсуждать территории, гарантии, компенсации и сферы влияния. Это делало его подход менее вдохновляющим, но более устойчивым.

Он использовал слабость противника как главный рычаг

Талейран редко давил напрямую. Он ждал, пока оппонент сам окажется в уязвимом положении - из-за противоречий, изоляции или переоценки собственных сил. В этот момент он предлагал выход, который выглядел спасением, но был выгоден прежде всего ему.

Молчание было его тактическим приёмом

Одной из характерных черт Талейрана была склонность к паузам и недосказанности. Он намеренно затягивал ответы, позволял другим говорить больше и фиксировал их ошибки. Это создавало иллюзию согласия и часто вынуждало собеседников раскрывать реальные позиции раньше времени.

Он умел разделять союзников

Талейран редко вступал в переговоры с единым блоком как с монолитом. Он выявлял расхождения интересов между союзниками и работал с ними по отдельности. Такой подход позволял ослаблять коалиции без открытого конфликта и превращать противников в конкурентов друг для друга.

Он предпочитал компромисс победе

Для Талейрана важно было не унизить оппонента, а сохранить пространство для будущих договорённостей. Он считал, что слишком жёсткие условия рождают реваншизм и нестабильность. Именно поэтому он часто настаивал на умеренных решениях, даже когда Франция имела формальные основания требовать большего.

Он избегал окончательных формулировок

Талейран не любил жёстких формул и необратимых обязательств. Его документы часто оставляли пространство для интерпретаций, пересмотров и дополнений. Это позволяло адаптироваться к изменению политической ситуации без прямого нарушения договоров.

Он использовал неофициальные каналы общения

Большая часть его дипломатии происходила за пределами официальных залов. Салоны, ужины, частные беседы и доверительные разговоры играли ключевую роль. Там он получал информацию, проверял позиции и подготавливал почву для формальных решений.

Он понимал психологию людей лучше, чем структуру институтов

Талейран придавал огромное значение личным слабостям, амбициям и страхам переговорщиков. Он подстраивал стиль общения под конкретного человека, а не под абстрактное государство. В этом смысле его дипломатия была персонализированной и гибкой.

Он не спешил с решениями

Талейран считал время самостоятельным инструментом давления. Затяжка переговоров могла изменить расстановку сил, охладить энтузиазм противников или усилить позиции Франции. Он умел ждать и не боялся временной неопределённости.

Он разделял личную симпатию и политический расчёт

Даже при дружелюбном тоне Талейран не смешивал личные отношения с интересами дела. Его вежливость не означала доверия, а комплименты не гарантировали уступок. Это делало его одновременно приятным собеседником и крайне опасным партнёром по переговорам.

Он рассматривал дипломатию как долгую игру

Талейран мыслил категориями десятилетий, а не кампаний. Его решения часто были направлены на сохранение равновесия, а не на немедленную выгоду. Такой подход позволял ему переживать смену режимов и оставаться востребованным вне зависимости от политической конъюнктуры.

Его стиль стал образцом «реалистической» дипломатии

Со временем дипломатический подход Талейрана превратился в классический пример реалполитик. Он показал, что устойчивость международной системы важнее эмоциональных побед, а гибкость часто эффективнее принципиальности. Именно поэтому его методы продолжают изучать как модель прагматичной дипломатии.

Смерть Талейрана

Последние годы прожил в своем имении Валансе. Скончался 17 мая 1838 года. Перед смертью, по настоянию своей племянницы герцогини Дино, примирился с Римско-католической церковью и получил от Папы Римского отпущение грехов.

Талейран похоронен в своём роскошном загородном имении Валансе в долине Луары. На его могиле написано: «Здесь покоится тело Шарля Мориса де Талейран-Перигора, принца Талейрана, герцога Дино, родившегося в Париже 2 февраля 1754 г. и умершего там же 17 мая 1838 г.».

Личная жизнь Талейрана:

Личная жизнь Талейрана была не менее противоречивой, чем его политическая карьера. Формально принадлежав к духовенству, а затем вступив в брак по расчёту, он на протяжении всей жизни оставался человеком светских салонов, долгих связей и сложных эмоциональных компромиссов. Его отношения с женщинами отражали тот же прагматизм, что и его дипломатия: чувства редко становились самоцелью, но почти всегда играли роль в формировании влияния, репутации и комфорта.

Формальный статус священника не мешал ему вести светскую жизнь

Хотя Талейран был рукоположён и занимал высокий церковный пост, он практически не соблюдал целибат. Уже в молодости он открыто жил светской жизнью, посещал салоны и заводил романы. Это не считалось тайной ни при дворе, ни в дипломатической среде, а его поведение воспринималось как часть общественного компромисса эпохи.

Брак с Катрин Ноэль Ворле был политическим расчётом

В 1802 году Талейран женился на Катрин Ноэль Ворле, женщине неблагородного происхождения, но с устойчивым социальным положением. Этот брак был необходим ему для сохранения статуса при наполеоновском режиме, где бывший епископ с репутацией циника вызывал подозрения. Союз не был основан на чувствах и почти сразу приобрёл формальный характер.

Совместная жизнь супругов была холодной и отстранённой. Они редко жили вместе, практически не появлялись как пара на публике и не скрывали отчуждения. Современники отмечали, что этот брак существовал скорее на бумаге и выполнял чисто социальную функцию.

Официальных детей у Талейрана не появилось. Это соответствовало как отсутствию близости в браке, так и его общему взгляду на семейные обязательства. Однако вопрос о внебрачных детях остаётся предметом дискуссий среди историков.

Ему приписывали внебрачного сына

Существует версия, что у Талейрана был внебрачный сын, рождённый от одной из его длительных связей. Прямых документальных подтверждений этому нет, но косвенные свидетельства и финансовая поддержка определённых лиц наводят на подобные предположения. Сам Талейран никогда публично не признавал отцовства.

Любовные связи были частью его социальной стратегии

Романы Талейрана редко носили исключительно личный характер. Многие из его любовниц были хозяйками салонов, приближёнными к власти женщинами или посредницами между политическими кругами. Через них он получал информацию, влияние и доступ к неформальным каналам общения.

Он особенно ценил ум и такт своих партнёрш

Современники отмечали, что Талейрана привлекали не столько внешность или страсть, сколько интеллект и умение вести разговор. Женщины, способные поддержать политическую беседу или создать атмосферу доверия, занимали в его жизни более устойчивое место, чем мимолётные увлечения.

Салоны играли важнее роль, чем спальни

Многие отношения Талейрана развивались именно в пространстве салонной культуры. Там формировались связи, обсуждались идеи и заключались неофициальные соглашения. Личная жизнь и дипломатия в этих условиях практически не имели чёткой границы.

Он избегал публичных скандалов

Несмотря на репутацию циника и вольнодумца, Талейран умело контролировал внешний образ. Его связи редко становились поводом для громких скандалов, а расставания происходили без публичных конфликтов. Это отличало его от многих современников и помогало сохранять политическую устойчивость.

С возрастом его личная жизнь стала спокойнее

В последние годы жизни Талейран всё меньше участвовал в любовных интригах и всё больше сосредотачивался на узком круге доверенных людей. Его дом оставался центром интеллектуального общения, но личные отношения постепенно отходили на второй план.

Он относился к любви с тем же скепсисом, что и к власти. Талейран не был романтиком. Для него чувства, как и политические союзы, имели ценность до тех пор, пока сохраняли равновесие и пользу. Это делало его личную жизнь внешне холодной, но внутренне логичной - в рамках его общего мировоззрения.

В отличие от многих политиков, Талейран не строил миф вокруг своих романов или семьи. Однако именно его сдержанное, рациональное отношение к личным связям усилило представление о нём как о человеке, который никогда полностью не принадлежал ни людям, ни чувствам, ни идеям.

© Сбор информации, авторская обработка, систематизация, структурирование, обновление: администрация сайта stuki-druki.com.