Штуки-Дрюки stuki-druki.com
Ищущий да обрящет:
*********

Михаил Ходорковский - биография, информация, личная жизнь


Михаил Ходорковский

Михаил Ходорковский

Михаи́л Бори́сович Ходорко́вский (26 июня 1963, Москва) — российский предприниматель, общественный деятель, публицист.

В 1997—2004 гг. был совладельцем и главой нефтяной компании «ЮКОС». Арестован по обвинению в хищениях и неуплате налогов 25 октября 2003 года. На момент ареста был одним из богатейших людей в мире, его состояние оценивалось в 15 млрд долларов. В 2005 году был признан российским судом виновным в мошенничестве и других преступлениях. Компания «ЮКОС» подверглась процедуре банкротства. В 2010—2011 годах был приговорён по новым обстоятельствам; с учётом последующих обжалований общий срок, назначенный судом, составил 10 лет и 10 месяцев.

Решение суда получило противоречивую оценку со стороны российской и международной общественности: одни считают Ходорковского справедливо осуждённым, другие — узником совести, преследуемым по политическим мотивам.

«Международная амнистия» присвоила Ходорковскому и его коллеге Платону Лебедеву статус «узников совести». Европейский суд по правам человека в своём решении, вынесенном в мае 2011 года, усмотрел процедурные нарушения при аресте, установил факты унижения человеческого достоинства при содержании под стражей в ходе предварительного и судебного следствия, рассмотрении жалоб на содержание под стражей. При этом ЕСПЧ счёл, что не были представлены неопровержимые доказательства политической мотивации властей в уголовном преследовании Ходорковского.

12 ноября 2013 года Ходорковский, проведя в заключении более 10 лет и не признав своей вины, направил президенту РФ прошение о помиловании в связи с семейными обстоятельствами.

10 декабря 2013 года в прессе появилась информация, что новым, третьим по счёту, делом Ходорковского занимается Следственный департамент МВД РФ.

19 декабря 2013 года Владимир Путин на ежегодной пресс-конференции в ЦМТ заявил, что Ходорковский согласно его прошению в ближайшее время будет помилован. На следующее утро, 20 декабря, Путин подписал указ о помиловании, освободив его от отбывания наказания. В тот же день Ходорковского вывезли из колонии в Карелии в Санкт-Петербургский аэропорт, а дальше немецким самолётом в Берлин.

После освобождения поселился с семьёй в Швейцарии, где получил вид на жительство. В Женеве на имя Ходорковского зарегистрировано несколько компаний. В 2014 году оценивал своё состояние в 100 млн долларов.

Обретя свободу, Ходорковский первоначально планировал сконцентрироваться на общественной, правозащитной деятельности и не собирался заниматься российской политикой. Однако 20 сентября 2014 года из Парижа впервые заявил о своих президентских амбициях — с целью проведения конституционной реформы в России.

Михаил Борисович Ходорковский родился 26 июня 1963 года в Москве в семье Бориса Моисеевича (род. 3 августа 1933) и Марины Филипповны (в девичестве Петровой, 13 сентября 1934 — 3 августа 2014) Ходорковских. Прадед Ходорковского по материнской линии был предпринимателем, владевшим заводом, который был отобран после революции. И мать, и отец были инженерами-химиками, всю жизнь проработавшими на московском заводе «Калибр», выпускавшем точную измерительную аппаратуру. До 1971 года семья жила в коммунальной квартире, затем появилось отдельное жильё.

Окончил школу № 277. В начале 90-х образовалась гимназия №1503, в которую перешло значительное количество преподавателей, в том числе и классный руководитель М. Б. Ходорковского. Увлекался химией и математикой.

В 1981 году Михаил поступил в Московский химико-технологический институт имени Д. И. Менделеева.

Параллельно с учёбой в институте работал плотником в жилищно-строительном кооперативе «Эталон», чтобы обеспечивать себя самому. Это не мешало ему хорошо учиться — все годы, проведённые в институте, он был лучшим студентом курса. Учась в институте, Михаил женился на однокурснице Елене. В 1985 году у них родился сын Павел. В 1986 году окончил с отличием Московский химико-технологический институт им. Д. Менделеева (МХТИ), получив диплом по специальности «инженер-технолог».

Некоторое время он работал освобождённым заместителем секретаря комитета ВЛКСМ МХТИ.

В 1987 году, когда с началом перестройки в СССР были разрешены некоторые формы частного предпринимательства, Ходорковский с товарищами использовали свои комсомольские связи для создания на основе Фонда молодёжной инициативы Межотраслевого центра научно-технического творчества молодёжи (НТТМ) при Фрунзенском райкоме ВЛКСМ под эгидой ЦК ВЛКСМ в рамках развития научно-технического творчества молодёжи. Тем самым Ходорковский проводил в жизнь очередное постановление Коммунистической партии — о центрах научно-технического творчества молодёжи.

На раннем этапе существования Центра поддержку Ходорковскому оказывали Сергей Монахов, первый секретарь Фрунзенского райкома ВЛКСМ и Игорь Смыков, член СМУиС МГК ВЛКСМ. Первый заместитель Председателя ГКНТ СССР Иван Бортник лично способствовал выделению значительных сумм из госбюджета на закупку Центром крупной партии компьютеров IBM PC для ГКНТ СССР и правительства страны.

НТТМ занимался импортом и сбытом компьютеров, варкой джинсов, сбытом алкогольных напитков (в том числе поддельного коньяка) и пр. — бизнесом, который в ту пору приносил высокие прибыли. Одновременно НТТМ зарабатывал на так называемом обналичивании средств. В то время НИИ, КБ, заводы, в отличие от центров НТТМ, не имели права выплачивать своим и приглашённым сотрудникам за выполняемые сторонние заказы реально заработанные деньги. Чтобы обойти это ограничение, предприятия пропускали свои заказы через центры НТТМ, выплачивая им комиссионные — вначале 90 %, но постепенно, с ростом предложения этих услуг, суммы комиссионных снизились. Ходорковский и коллеги занялись обналичкой одними из первых и уже в 1988 суммарный оборот торгово-посреднических операций НТТМ составил 80 млн рублей. Впоследствии Ходорковский рассказывал, что именно тогда он заработал свои первые большие деньги — 160 000 рублей, которые получил за специальную разработку от Института высоких температур АН СССР.

Вместе с тем «Frankfurter Rundschau» называет эти операции «сделками сомнительного характера с деньгами, предназначенными для расчётов между государственными предприятиями», которые наряду с импортом компьютеров и фальсифицированного коньяка, а также уловками с валютой стали основой богатства Ходорковского.

К началу 1990-х в СССР насчитывалось уже более 600 центров научно-технического творчества молодёжи и формально они были призваны заниматься внедрением новых научно-технических разработок в производство и распространением научной литературы.

В Институте высоких температур АН СССР Ходорковский познакомился с Владимиром Дубовым, чьи родственники имели связи в высших эшелонах власти, вплоть до Михаила Горбачёва.

Параллельно с деятельностью в НТТМ Ходорковский продолжал учёбу в Институте народного хозяйства им. Г. В. Плеханова. В этом институте Ходорковский познакомился с Алексеем Голубовичем, родственники которого занимали крупные посты в Государственном банке СССР. В 1988 году окончил институт народного хозяйства по специальности «финансист».

Благодаря знакомству с Голубовичем НТТМ получил возможность создать кооперативный банк, что и было осуществлено в 1989 году: Фрунзенское отделение Жилсоцбанка СССР и НТТМ учредили КИБ НТП (Коммерческий инновационный банк научно-технического прогресса).

В 1990 году КИБ НТП, выкупив у Моссовета НТТМ, переименовался в Межбанковское объединение «МЕНАТЕП» (сокращение от «Межбанковское объединение научно-технического прогресса» или «Межотраслевые научно-технические программы»). Ходорковский стал председателем правления «Менатепа», Невзлин и Голубович — заместителями председателя правления, Дубов — начальником управления дочерних банков и финансовой группы.

В 1990 году «Менатеп» одним из первых среди коммерческих банков России получил лицензию Госбанка СССР. «Менатеп» проводил активные операции с валютой, а также продавал свои акции физическим лицам, используя для этих целей телевизионную рекламу. Продажа акций принесла «Менатепу» 2,3 млн рублей, однако население, купившее акции, так и не получило сколько-нибудь приличных дивидендов.

В дальнейшем связи «Менатепа» с властью расширялись. Ходорковский и Невзлин стали советниками премьер-министра России Ивана Силаева, а также наладили отношения с министром топлива и энергетики Владимиром Лопухиным. Благодаря этому «Менатеп» получил разрешение обслуживать средства министерства финансов, государственной налоговой службы, а позже и государственной компании «Росвооружение», занимавшейся экспортом вооружений.

Стараниями Лопухина в марте 1992 года Ходорковский был назначен президентом Фонда содействия инвестициям в топливно-энергетический комплекс с правами заместителя министра топлива и энергетики. Фонд не реализовал ни одного проекта. Во время руководства фондом Ходорковский познакомился с В. С. Черномырдиным, в декабре 1992 года ставшим председателем российского правительства.

Распад СССР и приход к власти Бориса Ельцина резко ускорили переход российской экономики на рыночные рельсы. Была осуществлена масштабная программа приватизации, в ходе которой значительная доля российской промышленности оказалась сконцентрирована в руках нескольких финансово-промышленных групп (ФПГ), ядром которых являлись коммерческие банки, а реальными владельцами — те, кого впоследствии назовут «олигархами».

«Менатеп», как и другие коммерческие банки, принял активнейшее участие в приватизации — в качестве наиболее прибыльных руководством банка были определены такие сферы, как текстильная промышленность, пищевая промышленность, строительство, промышленность строительных материалов, цветная металлургия (титан и магний), производство минеральных удобрений. Для руководства деятельностью зарождавшейся промышленной империи была создана специальная организация — «Роспром», для работы в которой привлекались лучшие специалисты бывших промышленных министерств и финансовых учреждений.

В 1995 году, по завершении «ваучерной» приватизации, российская экономика, однако, оставалась в удручающем состоянии. В то время как дельцы, близкие к правительственным кругам, зарабатывали огромные состояния, задержки по заработной плате работникам бюджетных и акционированных предприятий достигали чудовищных размеров. Продолжавшаяся война в Чечне требовала постоянного финансирования. В этих условиях руководство страны не нашло лучшего выхода, кроме как обратиться за кредитами к наиболее крупным коммерческим банкам. В качестве обеспечения по кредитам банки потребовали предоставить им во внешнее управление контрольные пакеты предприятий, которые государство предполагало оставить в своей собственности и не планировало выставлять на продажу за ваучеры — предприятия нефтяной отрасли, морские пароходства, гиганты чёрной и цветной металлургии. Было выставлено условие — если в течение года государство не сможет расплатиться по кредитам, то эти предприятия будут проданы через так называемые «залоговые аукционы». Банкиры изначально определились со своими приоритетами, разделив между собой объекты собственности, выставлявшиеся на продажу, и скандалы, которые попытались поднять те, кто не смог пробиться в «круг избранных», быстро сошли на нет.

Государство не расплатилось, и пакеты акций компаний «ЮКОС», «Норильский никель», «Сибнефть», «Сургутнефтегаз», «Лукойл», «СИДАНКО», «Мечел», «Нафта-Москва», Новолипецкого металлургического комбината, Мурманского и Новороссийского морских пароходств, Туапсинского морского торгового порта и Северо-Западного пароходства перешли в частные руки. «Менатеп» был лишь одним из нескольких банков, участвовавших в сделке с залоговыми аукционами. Как писал старший редактор журнала Forbes Пол Хлебников: «Осенью 1995 г. его банк МЕНАТЕП получил право на участие в аукционе на 45%-й пакет акций госкомпании „ЮКОС“. После того как иностранные инвесторы (они не имели права участвовать. — „Ведомости“) и российские претенденты были дисквалифицированы, Ходорковский и пять его партнёров стали владельцами 78 % акций компании, заплатив $309 млн.».

Газета «Известия» описывала процесс следующим образом: "Самым лакомым куском на аукционе был «ЮКОС» — вторая по величине нефтяная компания в России, а по запасам нефти — первая. Первый зампред председателя правления «МЕНАТЕПа» Константин Кагаловский заявил: «„ЮКОС“ будет нашим». Свои претензии на «ЮКОС» выдвинул и консорциум из Инкомбанка, Альфа-Банка и банка «Российский кредит». Последние предложили за акции «ЮКОСа» 350 млн долларов. Но регистрацией участников аукциона заведовал «МЕНАТЕП» — заявка конкурентов принята не была по формальным причинам. В итоге 45 процентов акций «ЮКОСа» достались представляющей «МЕНАТЕП» подставной фирме за $159 млн — всего на $9 млн больше стартовой цены. Дальше «МЕНАТЕП» поступил с «ЮКОСом», как питон, неторопливо натягивающий своё тело на жертву. К 45 процентам акций добавились ещё 33, полученных по инвестиционным торгам. Потом последовала дополнительная эмиссия акций, которая ещё больше уменьшила долю государства в компании. К осени 1996 года «МЕНАТЕП» владел 90 процентами акций «ЮКОСа»".

Экономист, лауреат Нобелевской премии Джозеф Стиглиц в 2003 году называл российскую приватизацию 90-х «нелегитимной» и высказывал опасения о возможной утечке из России денег, которые Ходорковский мог бы получить от продажи собственности. Для исправления такой ситуации он предложил взимать 90%-ный налог со «сверхдоходов», а также налог на вывоз капитала из страны.

Став владельцем ЮКОСа, Ходорковский увлёкся развитием нового, промышленного бизнеса. Банком «Менатеп» занялась команда наёмных менеджеров, которая впоследствии (после дефолта 1998 года) создала на базе его петербургского филиала новый банк — «Менатеп СПб», а ещё позднее выделила из него инвестиционный банк «Траст» и полностью выкупила банковский бизнес у команды Ходорковского. Банк, однако, сохранял тесные связи с компанией ЮКОС и во многом существовал за счёт её финансовых потоков.

В результате дефолта 1998 года банк «Менатеп» потерпел крах, будучи неспособным выплатить крупные кредиты в иностранной валюте, и потерял лицензию. Основными кредиторами «Менатепа» на то время были три иностранных банка — южноафриканский Standard Bank, японский Daiwa Bank и немецкий West LB Bank, которые кредитовали его под залог акций компании «ЮКОС». Ходорковский, чтобы не утратить контроль над ЮКОСом, заявил о намерении осуществить дополнительную эмиссию акций, в результате которой пакет акций, находившийся в залоге у кредиторов, мог обесцениться. В этой ситуации банки предпочли пойти на убытки, уступив акции Ходорковскому. Это на долгие годы подорвало репутацию Ходорковского, «Менатепа» и ЮКОСа в международных финансовых кругах. Лишь в 2003 году Ходорковский решился вновь обратиться в западные банки с просьбой о новом займе.

Как писал политолог Александр Ципко, «сказочные состояния, в том числе состояние Ходорковского, возникли не только в нищей стране, но и как результат обнищания подавляющей части населения. Миллиардное состояние Ходорковского соседствует с нищетой пенсионеров, с нищетой двадцати миллионов русских, оказавшихся в XV веке и живущих за счёт натурального хозяйства».

После дефолта 1998 года западные бизнесмены первое время опасались вести дела с Россией. Ходорковский стал одним из первых российских олигархов, осознавших, что для ведения глобального бизнеса необходимы иностранные инвестиции. Как писала «The Financial Times», «к началу нового столетия многие из российских олигархов осознали, что им необходимо избавиться от негативной репутации на Западе и „позиционировать“ себя по новому — в качестве законопослушных бизнесменов».

В годы, последовавшие за дефолтом, ЮКОС стал выплачивать значительные дивиденды. Выручка от реализации ОАО «Восточная нефтяная компания», чьи нефтедобывающие мощности поставляли ЮКОСу «скважинную жидкость» и где ЮКОСу принадлежало 54 % акций, сократилась за 4 года в 130 раз. В 1998 году выручка ОАО ВНК составляла 3404 млн рублей, а в 2001 году — 26 млн рублей.

В сентябре 1998 года стартовала реформа системы управления компанией. В разработке плана реформы принимали участие западные консалтинговые фирмы Arthur D. Little и McKinsey. В результате функции исполнительных органов были возложены на две профильные управляющие компании, а функции центрального аппарата — на корпоративный центр «ЮКОС-Москва». Одна из управляющих компаний, «ЮКОС ЭП», осуществляла управление всеми подразделениями компании, деятельность которых была связана с разведкой и добычей углеводородов. Вторая, «ЮКОС РМ», управляла всеми предприятиями, занимающимися переработкой, сбытом и транспортировкой нефти и нефтепродуктов. В сферу ответственности «ЮКОС-Москва» было передано стратегическое планирование развития компании. Производства, не являющиеся основными, были выделены в самостоятельные структуры или переданы сторонним подрядчикам. Параллельно был осуществлён переход к внешнему сервисному обслуживанию месторождений. На базе сервисных предприятий, являвшихся частью «ЮКОСа», была создана «Сибирская сервисная компания». Были проведены структурные изменения и в перерабатывающем секторе. Из состава Новокуйбышевского НПЗ был выделен завод масел и присадок, образованы отдельные предприятия, обеспечивающие ремонт и техническое обслуживание основных производственных фондов, оказание транспортных и других сопутствующих услуг.

В 2000 году появились итоги первого этапа перехода компании ЮКОС на единую акцию. В ходе конвертации акций дочерних предприятий в бумаги холдинга ЮКОС консолидировал более 90 % акций «Юганскнефтегаза» и «Самаранефтегаза», а также около 50 % акций «Томскнефти». С февраля 2000 года стартовал второй этап реорганизации. Была проведена конвертация акций четырёх нефтеперерабатывающих заводов — Куйбышевского, Новокуйбышевского, Сызранского и Ачинского. Во всех этих предприятиях ЮКОСу принадлежало не менее контрольного пакета акций.

В 2001 году завершился процесс обмена акций дочерних обществ на акции ЮКОСа. После перехода на единую акцию доля головной компании в уставных капиталах ОАО «Юганскнефтегаз», ОАО «Самаранефтегаз», ОАО «Томскнефть», АО «Куйбышевский НПЗ», ОАО «Новокуйбышевский НПЗ» и ОАО «Сызранский НПЗ» значительно возросла и приблизилась к 100 %. Чуть ниже оказалось участие ЮКОСа в капитале Ачинского НПЗ и сбытовых подразделениях: от 75 до 98 %.

Переход на единую акцию привёл к увеличению прозрачности компании, и к 2003 году акции ЮКОСа значительно выросли в цене.

Параллельно с реформой управления бизнесом руководство ЮКОСа прибегало к так называемой налоговой оптимизации, пользуясь многочисленными юридическими лазейками, позволяющими снизить объём налоговых отчислений — занижение налогооблагаемой базы, продажа нефти через трейдерские фирмы-«однодневки», зарегистрированные в регионах с льготным налогообложением, применение трансфертного ценообразования, продажа нефти под видом «скважинной жидкости», применение схемы «обратного зачёта» и т. д. Подобные схемы в том или ином сочетании использовались всеми российскими нефтяными компаниями, однако вариант со «скважинной жидкостью» применялся только «ЮКОСом». По утверждению Юлии Латыниной, идея продажи так называемой «жидкости на устье скважины», являвшейся основным способом минимизации местных налогов, была «лучшим изобретением ЮКОСа». В действительности же этот способ минимизации налогов был «позаимствован» в США.

В мае 2005 года Мещанский районный суд Москвы признал Ходорковского виновным в мошенничестве, присвоении чужого имущества, неуплате налогов и других преступлениях и осудил его на 9 лет лишения свободы по ряду статей УК РФ. Московский городской суд кассационным определением от 22 сентября 2005 года снизил срок до 8 лет. В итоге основные нефтедобывающие активы компании «ЮКОС» перешли в собственность государственной нефтяной компании «Роснефть», а сама компания «ЮКОС» подверглась процедуре банкротства.

В итоге Ходорковский был осуждён на 9 лет лишения свободы в колонии общего режима.

В декабре 2006 г. Ходорковский вместе с Платоном Лебедевым был переведён в читинский следственный изолятор, где ему были предъявлены новые обвинения в рамках нового уголовного дела о хищении нефти. 30 декабря 2010 года суд признал Ходорковского и Лебедева виновными по статьям 160 и 174 часть 1 по второму делу ЮКОСа и постановил приговорить Михаила Ходорковского и Платона Лебедева к 14 годам заключения по совокупности приговоров с зачётом ранее отбытого срока.

В сентябре 2011 года Европейский суд по правам человека признал, что схемы налоговой оптимизации, которые применял «ЮКОС», никогда не были законными в России. Также ЕСПЧ не обнаружил доказательств того, что подобные приемы были общепринятыми в российском бизнесе.

10 декабря 2013 года в прессе появилась информация, что новым, третьим по счёту, делом Ходорковского занимается Следственный департамент МВД РФ. 19 декабря на пресс-конференции в ЦМТ В.Путин сказал, что не видит перспектив в третьем деле Ходорковского. На следующий день был подписан указ о помиловании бизнесмена.

20 декабря 2013 года Владимир Путин подписал Указ «О помиловании Ходорковского М. Б.». Был освобождён ночью, столь поспешно, что Ходорковскому не выдали справку об освобождении, не дали времени сменить костюм заключённого на цивильную одежду. Колонию в Сегеже покинул на служебном автомобиле УФСИН, проследовавшем в Дом приёмов УФСИН, а оттуда в аэропорт Петрозаводска. Там его ждал литерный самолёт Ту-134, на котором Ходорковский прибыл в Санкт-Петербургский аэропорт Пулково, где его отпустил конвой. Из Пулково на частном самолёте Cessna, предоставленном бывшим главой МИД ФРГ Хансом-Дитрихом Геншером, вылетел в Берлин.

4 марта 2014 года Ходорковский объявил, что готов быть миротворцем в ситуации на Украине. 9 марта 2014 года выступил в Киеве на Майдане Незалежности, где критиковал российские власти, а тех, кого российские федеральные каналы именуют «украинскими националистами», назвал «прекрасными людьми, отстоявшими свою свободу».

20 сентября 2014 года из Парижа Ходорковский участвовал в онлайн-форуме по перезапуску «Открытой России». Из его выступления на этом форуме наблюдатели сделали вывод, что Ходорковский намерен возобновить политическую деятельность с целью построения сетевой горизонтальной структуры. Заявления Ходорковского сводились к тому, что оппозиции «надо самоорганизовываться перед выборами в Госдуму 2016 года», поскольку выборы — это уязвимое место действующей российской власти. Там же, в Париже, на фестивале, посвящённом 70-летию газеты Le Monde, Ходорковский заявил, что готов стать президентом России и взять на себя ответственность «провести конституционную реформу, главным в которой является перераспределение президентской власти в пользу суда, парламента и гражданского общества»

Семья Михаила Ходорковского:

Первый брак — с Еленой Добровольской; по признанию Ходорковского, его первый студенческий брак был неудачным, однако у него сохранились хорошие отношения с бывшей женой. Сын Павел (1985 г. р.), живёт в США. В декабре 2009 года у Павла родилась дочка Диана, и Михаил Борисович стал дедом. «Я — сын, муж, отец и дед „по переписке“. Как это помогает моей стране — не знаю, но „системе“ так, видимо, спокойнее», — сказал он в конце апреля 2010 года в интервью французскому изданию Metro.

Второй брак (с 1991 года) — Инна Валентиновна Ходорковская (р. 24 марта 1969 года), сотрудница, на тот момент, банка «МЕНАТЕП». Дочь — Анастасия (р. 26 апреля 1991) и двое близнецов: Илья и Глеб (р. 17 апреля 1999 г.), по состоянию на 2013 год живут и учатся в Швейцарии.




Михаил Ходорковский - афоризмы, цитаты, высказывания >>>